Если я правильно помню из истории, при коронации должен случиться всплеск магии, как благословение моей власти. Произойдет ли? Не помешает ли проклятие? Я не знаю. Но со смирением жду, когда прочтутся все молитвы, прежде чем на голову водружают золотую корону.
Творец милостивый, не оставь меня хотя бы в этот миг...
Глава 23
Наташа
Спасибо Виттору, он откладывает решение о браке Андриарна, умело уводя Нимвира в сторону от скользкой темы. Тот поддается слишком легко, что наталкивает на мысль — выдать дочь замуж хоть за кого-нибудь из принцев — вовсе не идея царя.
Перевожу взгляд на сию принцессу и вижу злость на прекрасном лице. Она сверлит взглядом Рене и Вер Нею, которая ведет себя уже значительно мягче по отношению к младшему, и видно, что завидует. Нет, это точно не Катя. Как жаль. А ведь казалось, что... так много совпадений.
Больше разглядеть мне не удается. Начинается церемония коронации. Или ритуал?
Удивляюсь, что священнослужитель называется точно как у нас - Архиепископ. Но выглядит он иначе.
Он читает какие-то молитвы, вознося руки к небесам, отчего я ощущаю, что воздух вокруг как будто меняется, насыщаясь... магией? Но разве я могу ее чувствовать?
Нет, у меня же не галлюцинации? Почему я вижу, как над Виттором начинают кружиться разноцветные вихри, почти как в тех порталах, созданных Андом?
Голос священника становится все громче и неразборчивее, а волшебные краски все гуще.
Интересно, другие тоже это видят? Почему же на их лицах нет того восторга, который сейчас внутри меня? Что происходит?
Архиепископ возлагает на голову принца корону и объявляет:
— Благословение Бога на Императоре Витторе Втором!
И именно в этот момент вся магия, что кружилась над их головами, соединяется в одной точке и словно взрывается яркой вспышкой белого света.
Вот это уже точно видят все, не только я. Вздох восхищения и радости проносится по рядам гостей.
— Слава Императору! — раздается в толпе, я, кажется, узнаю голос Шаира.
Его возглас подхватывают все собравшиеся."
"— Слава Императору! Да здравствует Император Виттор!
Сияние постепенно тускнеет, и мой жених, поцеловав руку священника, возвращается на трон.
Теперь ему предстоит, как я понимаю, принимать поздравления и заверения в верности. А я все еще не могу отойти от увиденного. Неповторимое зрелище, которое странно сказалось на мне. Но пока не могу определить, что именно изменилось.