За последние дни я почти не пользовалась телефоном, лишь изредка просматривая входящие сообщения и звонки. Лера беспокоилась за меня, и я ответила ей, что все в порядке и мое тело не плывет по реке. Вадиму тоже отписалась, пообещав как-нибудь объявиться в офисе. В новой роли. Он был доволен, что Майер наконец-то слез с него, и теперь друг был увлечен новой работой, подбирая себе коллектив и, кажется, завел роман с тем самым информатором, обронив случайно в разговоре ее имя — Лиза. Ну что же, хотела бы посмотреть на ту женщину, которая смогла приструнить Дорофеева.
И вот теперь, заигрывая с Эрнестом за его столом, ожидая, когда мы все же испробуем этот атрибут комнаты не по назначению, раздался звонок.
- Мама? - удивленно произнесла я и ответила на звонок.
Эрнест замер на месте, перестав смеяться, и прислушиваясь к моему разговору. Его все еще пугала мысль, что рано или поздно придется знакомиться с родителями своей девушки. Он ворчал и говорил, что уже не в том возрасте, чтобы заниматься подобными делами. Да и я сама не торопилась знакомить его с родными, опасаясь, что мой выбор могут не одобрить.
- Привет, дочка, - отозвалась мама, и от ее нежного спокойного голоса в теле разлилось тепло. - Как у тебя дела? Совсем пропала.
- Все хорошо, мама, - ответила я, присаживаясь на небольшой диван. - Извини, что давно не звонила. Была очень занята в последние дни. Как у вас дела с дядей Сашей?
Эрнест позволил остаться в кабинете. Я же не хотела уходить и давать повод подумать, что мне есть что-то скрывать.
- Все хорошо, - и мама углубилась в подробности того, чем сейчас занимался ее муж, мой отчим.
Я слушала ее рассказ, периодически задавая вопросы, и все время посматривала на задумчивого Майера, который изображал, что изучает присланные ему отчеты из компании.
- Кстати, мне же позвонил сегодня утром Кирилл, - произнесла она, как только закончила нудный пересказ последнего месяца жизни.