- Вот, Эрнест Аланович, вам стоит вытереть руку, - улыбнулась, заметив, как прищурился мужчина.
- Вероника, может нам стоит перейти на «ты», после всего, - проговорил Майер, принимая салфетки.
- Не думаю, что это будет правильно, - пожала плечами.
- Почему же? - удивился он. - Мы можем общаться в неформальной форме, когда остаемся наедине, если тебя беспокоит то, что могут подумать остальные.
Я кивнула, соглашаясь, что меня очень беспокоит чужое мнение. Мне хватает слухов о моем бурном романе с Вадимом.
- Ника, - ответила я. - Обычно друзья называют меня Никой. Мне так нравится больше.
Майер взглянул на меня и мягко улыбнулся, повторяя за мной.
- Ника? Хорошо, - произнес он. - Друзья? Значит, теперь мы будем друзьями?
Я отрицательно покачала головой, и мужчина напрягся, ожидая объяснения.
- Обычно друзья не занимаются подобными вещами, - хитро прищурилась, и Майер улыбнулся, расслабляясь.
Офис мы покидали вместе, не беспокоясь, что нас застанут кто-то из коллег.
Приблизившись к парковке, я заметила, что к нам подъехал дорогой автомобиль бизнес-класса, в котором Майера дожидался водитель.
- Сегодня за рулем? - поинтересовался мужчина, обращаясь ко мне.
И как же я хотела выкрикнуть, что нет и попросить его подвезти меня. И без разницы, к кому мы поедем. К нему, ко мне или в отель, но я отчаянно желала продолжения, но, сжав плотно губы, я позволила себе лишь утвердительно покачать головой.
- Тогда до завтра, Ника, - прошептал Майер, садясь в машину, а мне оставалось с грустью наблюдать, как уезжает он, оставляя меня одну на пустой парковке и со звенящей пустотой внутри.
Я спрятала лицо в ладонях, когда, наконец, оказалась в салоне своего автомобиля, и беззвучно рассмеялась. Дрожь, напряжение, что охватили меня, отступили, оставляя приятное тепло внутри.
"И пусть Эрнест, да буду звать его теперь так, и довел меня до конца только двумя пальцами, но это был потрясающе. Словно впервые почувствовала, что такое дышать.
Расслабившись, я откинулась на спинку сидения, не торопясь заводить мотор и возвращаться домой. Интересно, что я почувствую, когда его эрекция, которая сегодня упиралась в мое бедро, высвободится из плена брюк и войдет в меня.