А твой это кулак в лицо и тройной перелом руки с подвывихом ноги?
— Преимущественно да. Но это чаще на ринге, а вне его я тоже люблю переговоры, правда, короткие. На длинные беседы мне не хватает терпения.
— Значит, боксер, — подтвердила девушка, глотнув принесенный ей коктейль.
Бывший, уточнил я.
— Бывших боксеров не бывает. Боксер либо дерется, либо умирает."
"В глазах Селины появилась скрытая грусть и тоска. Странно. Я понял, что зря не попросил собрать на нее более полную информацию.
— Звезда, может, хватит так старательно… полоскать горло, а то печень заболит.
О, Арчинский, ты прям как моя мамочка. Для девушки пить это самый большой порок! — пропищала высоким и писклявым голосом, видимо, процитировала.
— Да мне пофиг, пей. Но, когда я тебя понесу невменяемую, чур не орать, что похищают и насилуют.
— О, это идея!
Я буквально зарычал, хоть и понимал, что говорить серьезно с пьяным человеком невозможно.
— Селина, ты ходишь прям по краю моего ангельского терпения.
— Правда? Ммм, а что будет за тем краем? Отшлепаешь? — она притянула меня к себе за полы растегнутого пиджака, потянула вниз, чтоб я к ней наклонился. — Ну же, Медвежонок, расскажи мне свои грязные фантазии, — прохрипела мне на ухо и легонько прикусила мочку.
Мне хотелось у нее спросить, а не испугается ли она этих гребаных фантазий. Так как я уже начинал их бояться, а точнее, сможет ли выдержать ее хрупкое тельце весь их объем. Кроха, которая не любит прикосновений, и большой медведь. Посмотрел в ее глаза, которые снова пригвоздили меня к полу, и поцеловал.
Ее губы были такими, как я и представлял.