В машине находился только водитель в офицерской фуражке.
Из-за кустов выступил красноармеец с автоматом, поднял руку. Мобильный пост на таком же «газике» водитель не заметил. Его маскировала гуща шиповника.
Офицер резко затормозил и потянулся к соседнему сиденью, видимо, за автоматом. Красноармейская форма может оказаться маскарадным костюмом. Постов в этом месте никогда не было.
Все же красноармеец оказался именно тем, за кого себя выдавал. Машина остановилась. Офицер, сидящий за рулем, поколебался и убрал руку с автомата.
К «газику» подошел сержант, козырнул. За ним шагали еще два человека.
— Что-то не так, товарищи? — спросил офицер, исподлобья глядя на них. — Я капитан Чаплыгин, командир роты связи. Возвращаюсь из Мочалова. Надеюсь, нет нужды показывать документы?
— Все в порядке, товарищ капитан. — Сержант тоже поколебался, отдал честь. — Можете проезжать.
— Прошу минутку обождать, — сказал Алексей, выбросил в траву окурок и не спеша приблизился к машине.
Чаплыгин не выключал двигатель, нетерпеливо газовал.
— Контрразведка СМЕРШ, — сказал Алексей, показывая удостоверение. — Капитан Саблин. Добрый вечер, Борис Аркадьевич.
— Добрый. — Похоже, Чаплыгин понял, что тронуться с места не удастся, поставил рычаг в нейтральное положение и убрал ногу с педали газа. — Что-то не в порядке, капитан? Почему вы здесь, а не в городе? Меня ждали?
Он был неплохо сложен, имел вытянутое лицо, глаза какого-то неопределенного цвета.
— Будем считать, что мы здесь случайно, — отозвался Алексей. — Могу я осведомиться о цели вашей поездки, Борис Аркадьевич?
— Я чем-то заинтересовал контрразведку? — Капитан забеспокоился, посмотрел на часы, хотя в этом не было никакой нужды. — Может, мне стоит предъявить вам документы?
— Нет необходимости. Никто не сомневается, что вы и есть капитан Чаплыгин. Итак, откуда вы следуете?
— Из Мочалова.
— Почему возвращаетесь один?
— Люди заняты делом. Моя обязанность — грамотно организовать работу, а не присутствовать при ней круглые сутки.
— Почему едете окольными тропами? Есть шоссе.
— Здесь ближе. — Чаплыгин сделал недоуменное лицо. — Всегда езжу вдоль оврага, опушкой, через поле.