Рустам в одних джинсах сгибается на полу, стонет, но тут же приходит в себя.
— А ты думал, что все забудут ваше лихое прошлое? То, как вы убивали?
— Это говорит убийца, который отправил на тот свет приемного отца? Это говоришь мне ты? Мразь!
Герман отходит чуть в сторону, натыкается взглядам на Влада, ничего не говорит, отворачивается. Смотрит, как Рустам медленно поднимается на ноги, расправляет плечи и сплевывает на пол кровь.
— Где женщина и ребенок?
Снова этот мерзкий смех, Рустам явно под наркотиками, то, как он себя ведет и практически не чувствует боли, говорит именно об этом.
— Вы что, так и не нашли ее? Я собирался ей заняться утром. Прислать вам обоим, извращенцам ебаным, маленький такой пальчик.
— Закрой свой рот, — Соболь не выдерживает, бьет Рустама в челюсть, того откидывает назад, он падает, девушка в углу вскрикивает и кидается к нему, но ее оттаскивают парни Тихого.
— Вы думаете, вам удастся меня сломать? Я пятнадцать лет терпел Сулейманова, его тупую заботу и опеку, каждый раз видя его, мне хотелось перерезать ему глотку, как он это сделал с моим отцом.
— Ты слишком много на себя берешь, — Герман чуть отходит, давая место Владу. — Я спрашиваю, где они? Если не хочешь, чтоб тебя забили насмерть, говори.
Соболь стоит перед Рустамом, да, он может сделать то, о чем говорит Немец, в груди горит огонь, прожигая насквозь жаждой ненависти и мести. Он медленно достает из-за спины оружие, передергивает затвор, вытягивает руку.
В помещении сразу становится тихо, перед его глазами только наглый взгляд избитого Рустама, в глазах наркотический блеск, он скользит языком по еще целым зубам.
— Почему ты уверен, что мы ничего тебе не сделаем?
— Потому что у меня ваша шлюха, а вы должны ответить за свои прошлые дела.
— Ответ неверный.
Влад давит на курок, чуть слышный щелчок, пуля с такого расстояния проходит насквозь голову Амирова. Женский крик заглушает выстрел, но Владу уже все ровно.
Но так лучше. Для всех лучше.
— Соболь, блядь, что ты творишь?! Ты совсем охерел?!
— Полина в машине, иди к ней, она с Сашей, — Влад разворачивается и просто уходит, сунув в руки Германа оружие. — Сделай с этим, что считаешь нужным.