Чёрными зенками, где каждый, как арбуз, гигантская тварь посмотрела на меня пристально и пасть разинула, зевая, куда спокойно всадник заскочит.
Не иначе, приглашение мне войти.
— Беги! — Крикнул во мне дух.
И я побежал!!
Думал по костям забуксую, а нет! Из ног корни в почву вгрызаются, как шипы у скалолаза. Раз, два, три. И я уже наверху. Страх гонит, как ветер под парус.
Рёв раздался мощный! Аж воздух задрожал. И рванул я со всех ног, ветками шурша.
По земле паучки за мной бегут, другие перелетают на паутине по стволам, третьи по кронам мчат.
Чую мощную вибрацию с земли. И туша пришла в движение! Ааа!!!
Зигзагами бегу, чтоб прямой наводкой из крупного калибра не выхватить.
На пути паутину свежую сплели, еле увидел, оббежал! Дух подсказывает активно. Чую, мы начинаем срабатываться. С яйцом в руках и брошью бежать не очень — то и удобно.
Как только впереди увидел просвет, открылось второе дыхание. И я рванул уже на морально — волевых.
Выскочил из леса на солнышко спасительное. И свора паучья на краю тени встала, сбиваясь в кучу из — за продолжающих набегать сородичей. Попускали паутину в меня напоследок, пока я с прямой видимости не ушёл за кусты к тропе.
— Да! — Крикнул на радостях. — Выкусите, твари паршивые!
Треск натягивающейся тетивы раздался весьма неожиданно. И почти у затылка.
— Вот ты и попался, супостат, — произнесла с торжеством Дарья Василискина.
Глава 4
Неспокойно в нашей деревне
— Так, без резких движений, обернись, — скомандовала Дарья.
Как же она меня так легко выследила? И, похоже, только потому что голос подал, не пригвоздила сразу.
Ветки с меня ссыпались, как не с меня выросшие, а так. И только после обернулся.
Всю кровь с одежды, кстати, дух тоже выцедил, я чистенький, не прикопаешься.
— Что за бесовщина? — Опешила девушка, выпучив глаза изумрудные. — Я… Ярослав⁈ Опять ты⁈
Опустила быстренько лук. Всматривается в меня, будто подвох найти хочет.
— Ой, — отшатывается. — Яйцо Молоха⁇ Зелёное?!! Ты где его…
— В гнезде, в Паучьей роще, еле ноги унёс, — говорю с улыбкой, и всё отдышаться не могу.