— Раджу застенчиво протянул ладонь. — Спасибо, что взяли меня с собой. Без вас, сэр, ничего бы не вышло.
Захарий улыбнулся и пожал ему руку.
— Ты славный парнишка. Надеюсь, у тебя все сложится хорошо.
Через минуту корабельный колокол возвестил о появлении на горизонте эскадры.
Бегом вернувшись на палубу, в левом краю устья Жемчужной реки Захарий и Раджу увидели большое скопление британских флагов.
На живописном природном фоне эскадра смотрелась еще выразительнее, чем в Сингапуре, обилие мачт с флагами и вымпелами производило впечатление огромной крепости, поднявшейся из воды.
На якоре стояли двадцать боевых кораблей, включая три линкора, «Уэлсли», «Мелвилл» и «Бленхейм», с семьюдесятью четырьмя пушками, два фрегата, «Друид» и «Блонд», с сорока четырьмя орудиями и целых четыре парохода. Вокруг них скучились двадцать шесть транспортных и грузовых судов с такими именами, как «Футти Салам», «Хугли», «Рахмани», «Сулимани», «Рустомджи Ковасджи» и «Назарет Шах». Меж кораблями шныряли, точно изголодавшиеся рыбины, десятки маркитантских лодок с большим ассортиментом товаров — овощами, мясом, фруктами, сувенирами.
Южный фланг эскадры охранял фрегат «Аллигатор» с двадцатью восемью пушками. Поравнявшись с ним, «Лань» отвязала буксировочные канаты, ибо в своем нынешнем состоянии не могла пройти сквозь толчею судов к «Ибису», стоявшему в отдалении.
Она еще не успела бросить якорь, как со всех сторон к ней ринулись боты, габары и другие маркитантские лодки.
Чтобы перегрузить изрядное число ящиков с опием, ушло немало времени, и Захарий, исполняя долг сопровождающего, ступил на борт баркаса уже далеко за полдень.
Духота ощущалась горячей припаркой, в мареве от парного безветрия мачты кораблей казались дрожащими миражами.
Баркас как раз огибал форштевень малого корвета, когда на встречной быстроходной гичке Захарий, сидевший на корме, углядел ярко-оранжевое пятно, через минуту обретшее знакомые очертания.
— Ноб Киссин-бабу?
— Мастер Зикри! — вскричал гомуста. — Вы ли это? — Вне себя от радости, он было вскочил на ноги, но поспешно плюхнулся на лавку, ибо в своем порыве едва не опрокинул гичку.
— Что еще такое?
— Капитан Чиллингворт слег в жестоком нездоровье — стул то кашицей, то комочками. Язык стал темным и шершавым, как хвост бандикута. Капитан эвакуирован в Манилу. Я счастлив сообщить благоприятную весть: вместо себя капитаном «Ибиса» мистер Чиллингворт назначил вас.