Отправив мальчика на задание, Захарий перехватил стюарда и сунул ему испанский доллар:"
"— Принеси бутылку грога. Мухой.
— Сей минут, господин.
Дожидаясь стюарда, Захарий наблюдал, как парнишка описал круг по палубе и незаметно приблизился к беседующей паре. Когда прибыла бутылка, он подал Раджу знак возвращаться.
— Что-нибудь слышал, малыш? — Захарий вновь присел на корточки.
— Да, сэр. Мадам говорила о лавке модистки в Макао, что возле церкви Святого Лазаря. Мол, бывает там часто.
— Ага. И что ей ответили?
— Офицер сказал, что найдет ее там.
— Что еще?
— Больше ничего не слышал, сэр.
Захарий похлопал мальчика по плечу и отдал ему бутылку.
— Молодчина, Раджу, ты честно выиграл грог. Только помни — это секрет, никому ни слова.
— Конечно. Спасибо, сэр.
Ступив на борт «Анахиты», Ширин ни на миг не забывала о том, что именно здесь случилось несчастье, именно отсюда Бахрам шагнул в смерть. Во время речи мистера Бернэма и последующей церемонии она думала: с какого борта, правого или левого, упал муж? Или, может, это произошло на корме? От мыслей этих ее охватила странная тревога, еще больше возросшая, когда Фредди подвел к ней Полетт.
— Верно ли, мисс Ламбер, что вы были на острове в тот день, когда погиб мой муж?
— Да, миссис Модди.
— Чем же?
— Веревочной лестницей, что свисала из открытого иллюминатора в торце шхуны.
— То есть из кормовой каюты моего мужа?
— Да, оттуда.
Ширин оторопела.
— Но зачем понадобилась эта лестница? — воскликнула она.
— Вот уж не знаю, — сказала Полетт. — Мне тоже показалось это странным, потому что она спускалась прямо в воду.
Ширин посмотрела на Задига и Фредди:
— Вы знали об этой лестнице?
— Впервые слышу, биби-джи, — покачал головой Задиг.
— Об этом я ни с кем не говорила, — сказала Полетт. — Если честно, я вообще вспомнила про лестницу, лишь когда Фредди о ней спросил.
— Он-то откуда знал? — Ширин повернулась к юноше: — Тебе кто-то рассказал о лестнице?
— Нет, никто ничего не говорил. Я увидел ее во сне, ла. Лестницу, свисающую из иллюминатора.