Правящие на своем постаменте сдержанно, а может устало, наблюдали за балом, иногда переговариваясь, или спускаясь в зал.
А я устала, не в состоянии больше выносить это пафосное великолепие, лживую игру. Где все было отравлено чужими интригами, а присутствующие сплошь казались обманщиками, готовыми затоптать любого в погоне за собственной выгодой.
Где все подчинено только жажде наживы, самоутверждению, возвышению. И стало так мерзко, словно выпачкалась в грязи, оказавшись здесь. Почему нельзя просто жить и радоваться? Почему надо топтать друг друга? Почему должна выносить мерзкого Правящего и его притязания на распоряжение моей судьбой?
Почувствовала, что улыбаться больше не в состоянии.
Выглянула из-за колонны, посмотрев на середину зала в поисках Серого или Крагена, отсутствие которых начинало беспокоить.
Но наткнулась взглядом совсем на другое, буквально оцепенев от увиденного, в потрясении.
Практически напротив меня, близко к концу зала, в отдалении от Правящих, под потолком, прямо над танцующими парами, в коконе светящихся линий висел змеелюд, по виду тот самый. И судя по всеобщему спокойствию, он был невидим для окружающих.
Сердце скакнуло, отказываясь верить в происходящее, предпочитая считать только наваждением.
Застыла, сделав такое открытие, в страхе осознавая увиденное. Но не может мне просто мерещится? Змеелюд в шаре из святящихся линий, среди которых вполне просматривались странные символы, похожие на незнакомые руны, активно магичил.
И смотрел при этом на Правящих, не обращая на окружающих никакого внимания, тем более на незамеченную меня, стоящую чуть позади.
Пары внизу, прямо под светящимся коконом, танцевали, не замечая его присутствия. А я довольно быстро справилась с потрясением, понимая, надо срочно предупредить об увиденном. Пока не случилось непоправимого, ведь сейчас есть время вмешаться.
Как на зло Серго и Крагена рядом не наблюдалось. Не видела их в толпе гостей, как не смотрела по сторонам, отбросив прежнюю осторожность.