Кроме этого, мы заехали в один их парикмахерских салонов, и я приобрел два парика, как бы между делом сказав продавцу, что это подарок дяде с изрядной плешью. Заодно я зашел в автоматическое фотоателье – кабинку с сиденьем. Заходишь, приготавливаешься, кидаешь монетку, автоматически делается столько фото, за сколько заплатишь, и на выходе ждешь пару минут, пока аппарат внутри отпечатывает фото. Модная новинка, мне она очень понравилась. Я прошел внутрь, снял куртку и свитер, оставшись в одной рубашке, натянул рыжеватый парик и вставил в рот пластинки морковки.
Получив снимки, я направился к выходу, где меня ожидало такси. Вернувшись на квартиру, я достал документы, что принадлежали британцам, и стал творить. Первый документ я, откровенно говоря, испортил, но он мне и нужен-то был для набивания руки, зато второй получился просто не отличимым от оригинала.
Подобрав оптимальный вес, прибрался в квартире, чтобы убрать все явные следы моего присутствия, только чемоданы стояли у входа, и, одевшись, вышел из квартиры, как обычно – оставив метки на двери. Сходив за машиной, я поехал к вдове.
Вдова не обрадовалась моему скорому отъезду, даже то, что решил не забирать плату – вроде как могу вернуться, пусть будет уже уплачено. Причину я нашел неплохую, мол, подрядчика всё удовлетворило, но в Японии будут строить сразу два наших завода, и меня перекидывают туда. Сюда же переводят другого инженера. Улетаю, мол, сегодня. Собрав вещи, я перенес их в машину (что-то много оказалось вещей) и, коротко, но бурно распрощавшись с Сивиллой, поехал к себе в берлогу.
Эвакуировать столько бумаги я не мог, да и опасно это, поэтому поступил проще, хоть и не совсем надежно, но должен был успеть. Вариант с лимитом времени подходил мне идеально.
Оделся, как джентльмен: в новенький костюм и пальто со шляпой, даже обувь сменил, после чего подхватил чемоданы и направился к выходу.