Обе студентки престижного университета. В общем, за какой-то косяк во время отдыха в Англии их лишили карманных денег, и те стали искать подработку. Случайно узнав, что я ищу няню, они пообщались со мной и дали согласие. Обе учились, так что кто был свободен, та и занималась дочками. Пока накладок не было. Я увозил по утрам дочек в садик, кто-то из близнецов-студенток вечером их забирал. На английском они говорили свободно и активно помогали моим дочуркам осваивать французский. Те у меня умненькие, за эти месяцы освоили его так, что уже свободно говорили на нём, тем более с такой обширной практикой.
Оставив машину внизу, я легко взбежал по лестнице, проигнорировав лифт, всё же второй этаж, не пятый, как у нянь и их родителей, и открыв дверь, которая не была заперта, прошёл в прихожую. Из кухни выглянула наша домработница и с улыбкой поздоровалась. Я скакал на одной ноге, удерживая равновесие, со стороны, наверное, действительно смотрелось весело.
– Где осьминожки? – спросил я у неё.
– Убежали с няней и девочкой из шестой квартиры. Ещё час назад. Обещали к ужину быть, – ответила та.
Мадам Бенуа давно была на пенсии и жила через три дома от нас. Увидев объявление, она позвонила, узнала, что я фактически их сосед, мы поговорили, ну я и взял её домработницей. За эти восемь месяцев нареканий к её работе у меня не было. Да и работа её заключалась только в готовке по вечерам, утром я и сам бутерброды в состоянии сделать, и уборке квартиры дважды в неделю.
– Ясно.
Сняв, наконец, обувь, я надел тапочки и направился на пятый этаж. Так и оказалось, дочки были у няни. Кстати, кроме моих дочурок, те взяли себе ещё одну девочку.
Когда я позвонил в дверь, мне открыл глава семейства, и я сразу же по крикам из глубины квартиры понял, что мои точно тут. Только они на пустом месте могут создавать столько шума, а если у них ещё и подружка объявится, так это вообще как детский сад на выгоне. Месье Бернау мне обрадовался. Очень сильно обрадовался.