Умывшись и почистив зубы, я вышла из ванной и присоединилась к Вознесенскому, что хозяйничал на кухне Матильды.
- Она уехала несколько минут назад, - сообщил Леша, когда я устроилась за столом и принялась наблюдать за тем, как нежданный гость готовит какое-то весьма непростое блюдо.
- Я так и поняла, - кивнула, хотя Викинг этого видеть не мог.
- Яйца Бенедикт, немного стручковой фасоли в сливках и бекон. Если кинешь хлеб в тостер, будешь умницей, - с хитрой улыбкой обернулся ко мне Алексей, объявляя меню, запланированное им на это утро.
- Без проблем, - отозвалась я, протягивая руку к упаковке тостового хлеба и отправляя пару ломтиков туда, где из них должно было получиться поджаристое наслаждение.
Я даже вкус на языке почувствовала - хлеба, яичного желтка и похрустывающей фасоли.
- Вообще я редко когда готовлю, - признался Леша через некоторое время.
За прошедшие минуты я успела поджарить еще четыре кусочка хлеба. Вознесенский же споро разложил на тарелках то, над чем трудился все это время.
- Если и редко, то весьма метко, - ответила с улыбкой, принимаясь за завтрак.
Все было великолепным. И спокойствие этого утра, и компания, к которой, надо сказать, я была совсем не готова, но которая оказалась сейчас особенно приятной. А особенно чудесным был завтрак, что приготовил своими руками Вознесенский.
Невольно пришло сравнение с Эдиком. Тот считал, что готовка - исключительно женская обязанность, потому у плиты Каблукова можно было увидеть только в том случае, если бы его захватили террористы и приказали сварганить им суп.
Насытившись, я отпила глоток чуть подостывшего кофе и посмотрела на сидящего напротив мужчину. Его расслабленная поза казалась обманчивой, но я пока понять не могла, с какой целью прибыл сюда Вознесенский и почему усиленно делал вид, как будто мы с ним вот так завтракаем наедине регулярно.
- И все же хотелось бы услышать от тебя ответ на мой самый первый вопрос, - проговорила я, отставляя чашку кофе и опираясь локтями на стол. - Как ты здесь оказался?
Вознесенского этим было не смутить. Он отодвинул от себя тарелку и, скопировав мой жест, ответил:
- Меня пригласила Матильда. И думаю, что нам обоим будет гораздо легче, если ты сейчас сделаешь то единственное, что должна.