Она считала, что эта чистоплюйка-Улька, его законная жена, долго с Эдиком все равно бы не продержалась. Уж больно они из разного теста. Каблукову нужна баба ушлая и простая, чтобы все умела по хозяйству и ловко усыпляла бдительность, поддакнув в нужный момент. В общем, такая, как Карина, а вовсе не Ульяна.
Улька, на мамин взгляд, для Эдика как китайский кроссворд, красиво, занятно и… ни черта непонятно. То ли дело Карина - уютная, услужливая и, в отличие от Ульяны, давно прочухавшая, что Эдуард Каблуков только на публику крут и умен, а на самом деле просто непомерно самовлюблен и туповат.
- Ты хвали его почаще, - наставляла Карину мать в трубку телефона - но только так, чтобы к месту. Не дай Бог, решит, что ты под него чересчур стелешься. Наряжайся, корми, ну и ублажай как следует. Но сама смотри в оба. Не нравится мне что-то его зацикленность на Ульке, замашки у твоего мужика дурные, как бы дел не наворотил от злости.
- А если наворотит? - не на шутку испугавшись маминых прогнозов, заволновалась Карина.
- Вот и говорю - смотри в оба. Оказаться брюхатой в чужой стране, да еще и на бобах… Тьфу-тьфу-тфу, - через динамик донеся характерный стук по деревянной поверхности. - В общем, деньги он тебе дает?"
"- Дает, но немного. Так, на витамины, продукты и по мелочи, - поспешила ответить Карина, перманентно мучаясь чувством вины, так как знала, что мать не одобрит ее столь скудных доходов, учитывая богатство любовника.
- Зачем тебе, дуре, витамины? - ожидаемо возмутилась мать. - Да ты у меня сама за всю жизнь от силы два раза соплями болела.
Карина не стала напоминать, что почти все детство промучилась нейродермитом, который родительница просто игнорировала, считая что адски зудящие высыпания на коже у Карины просто от того, что она слишком любит пожрать что ни попадя. Болезнь отступила вместе с половым созреванием. А к двадцати годам и вовсе прошла. Но мать продолжала считать себя правой. Впрочем, спорить с ней было бесполезно. По-своему она Карину очень даже любила и всегда помогала дельным советом.
Вспомнился Богдан, в которого Карина была влюблена лет с тринадцати и за которого впоследствии и выскочила замуж. В груди, как всегда при мысли о нем, что-то затянуло, заныло.
- А что Богдан? Не заходил? - решилась таки спросить.
- Нищеброд-то твой? - тут же припечатала мать нелюбимого бывшего зятя.