Во мне вспыхнул гнев:
– Стая волков?!
Мия ловко балансировала на поваленном стволе дерева:
– Да, их около десяти. Нам с ними было не справиться – ни минуты не давали спокойно поесть. Пришлось искать другую территорию.
И там мою семью нашли люди Миллинга.
– И где вы теперь? Далеко отсюда?
– Прилично. Три дня пути на север. Там неплохо, но добычи меньше, чем здесь.
Довольно урча, она снова потёрлась головой о мою голову. Прижавшись друг к другу, как в детстве, мы лежали за упавшим деревом. И на мгновение показалось, что всё по-прежнему, что я снова только пума и живу в горах, в национальном парке.
Три дня пути? Значит, далеко за пределами Йеллоустонского заповедника. Наверное, это уже в штате Монтана, в тех горах, что люди называют Галлатинским хребтом.
– У папы из-за раны теперь толком охотиться не получается. Я ему помогаю как могу. Но зимой мы всё равно часто ложимся спать голодными, – рассказала Мия.
На душе у меня было тяжело. Родителям моя помощь наверняка не помешала бы.
– Папа всё ещё сердится на меня? – спросил я, затаив дыхание.
Только бы это было не так! Только бы Эндрю Миллинг говорил неправду!
– Боюсь, что сердится, – вздохнула Мия. – Он не может простить, что ты решил остаться в мире людей. Мы с мамой тебя, разумеется, давно простили. Хотя, конечно, странно было видеть тебя сейчас в облике человека.
Меня словно скалой придавило. Миллинг не солгал! Это просто ужасно! Ну почему папа такой упрямый! Что плохого в моей теперешней жизни? А кроме того, в мире людей я смогу гораздо больше сделать для нас, оборотней.
Я лежал на земле без сил, словно подстреленный. Мия грустно тыкалась в меня носом.
– Да всё в порядке, – храбрился я, но Мия, конечно, мне не поверила:
– Я поговорю с ним ещё раз, ладно? Расскажу, что у тебя всё хорошо. Мама тоже очень-очень обрадуется, когда об этом узнает.
– Да, расскажи им обо мне, пожалуйста, – у меня немного отлегло от сердца.
– Ну и каково это – быть человеком? – поинтересовалась Мия.
Теперь пришла моя очередь рассказывать, и постепенно настроение у меня снова улучшилось. Мия удивилась, узнав, что я хожу в школу для оборотней. Она ведь даже не знала, что таких, как мы, называют оборотнями, и, конечно, не подозревала, что для нас существует специальный интернат.
– Здорово там у вас, – с лёгкой завистью сказала Мия и продолжила расспрашивать меня о городе и людях.