Высокий сорокалетний мужчина, уже с седыми висками, всю жизнь проработал у Евиного отца и консультировал его по всем правовым вопросам. После смерти работодателя, потеряв постоянное место, Вадим Сорокин открыл собственную юридическую фирму.
Сейчас Ева сидела в огромном кожаном кресле в импозантном офисе и с надеждой смотрела на Сорокина. Хозяин фирмы собственноручно принес ей чашку кофе и блюдце с печеньем."
"Ева знала, что Вадим Андреевич способен на многое, когда дело касается юридической казуистики. Два года назад, когда случилась трагедия, он первый пришел на помощь.
Всем было известно, что Константин Никитский умер в результате несчастного случая: во время посещения ресторана у него развилась аллергическая реакция на экзотический морепродукт.
Но на самом деле предприниматель свел счеты с жизнью, запутавшись в диких долгах. Он всегда вел бизнес на грани фола, выстраивал сложные схемы. Вадиму Андреевичу пришлось приплатить врачам и полиции, чтобы слухи о самоубийстве не просочились в прессу.
Высший свет так и не узнал, что бизнесмен был на грани банкротства и поэтому решил добровольно уйти из жизни. Ева была очень благодарна Сорокину, что он защитил доброе имя отца и буквально спас их с сестрой. Еве и Ане еще долго перемывали бы косточки, если бы стало известно, что их отец — самоубийца и банкрот. Они бы никогда не избавились от этого позорного клейма.
Огромное наследство растаяло, почти все ушло на выплату папиных долгов. Ева, как могла, скрывала истинное положение дел и от младшей сестренки, и от подруг.
Грустно, что ей даже пришлось расстаться с картинной галереей. Продала любимое детище, чтобы оплачивать Анин колледж. Всем сказала, что не потянула собственный бизнес — хлопотно, нервно. Теперь Ева устроилась на работу в другую галерею и получала зарплату наравне с обычными служащими.
Какие копейки, думала Ева, сорок тысяч в месяц! Раньше она могла бы столько истратить на покупку губной помады. Теперь эта сумма составляет ее месячный бюджет. Но, что самое странное, ей вполне хватает. Если бы два года назад кто-то ей сказал, что можно нормально жить на эти деньги, она бы не поверила. Впрочем, сотрудницы галереи получали и того меньше, по двадцать пять тысяч, а у них еще дети, семьи… И они тоже как-то справлялись, никто не жаловался.