"Полина Лоранс
Опасный ангел
1
ЛЕРА
Я смотрю на купюры в пальцах похотливого ублюдка, и горло сдавливает отвращением. Пытаюсь отвести взгляд, но его притягивает к деньгам как магнитом. Ничего не могу с собой поделать, в голове сразу включается калькулятор.
Смогла бы купить нормальные зимние сапоги, а то бегаю по снегу в рваных кроссовках… А ещё хочу новый пуховик и джинсы… И синий свитшот, такой классный, видела на маркетплейсе и теперь мечтаю о нём!
Да о чём я только не мечтаю… Однокурсницы презрительно называют меня оборванкой, и по большому счёту они правы.
Но я, конечно, не возьму эти деньги.
— Что, мало? — с мерзкой ухмылкой спрашивает мужик. — Так я добавлю.
Сумма удваивается, теперь в его пальцах уже четыре купюры. Двадцать тысяч рублей. Безумное богатство.
Музыка играет громко и ритмично, это какой-то недавний хит. В отдельном кабинете ресторана развалились вокруг стола пятеро тюленей. Они осоловели от жратвы и выпивки. А когда заскучали, один из компании придумал развлечение: официантка им станцует.
Угу, щас, всё брошу.
— Ну же, детка, не ломайся! Потанцуй для нас. Давай, покрути своей аху… офигенной попкой.
— Это исключено, — отвечаю тихо, но твёрдо.
— Тебе трудно, что ли? Давай, я кому сказал. Быстро! — уже не уговаривает, а приказывает.
Четверо друзей с интересом наблюдают за нашим диалогом. Мужикам за сорок, все с лишним весом, дорогие рубашки до звона натянуты на животах, пуговицы того гляди прыснут в разные стороны. Я забегалась, перетаскивая из кухни в кабинет тонны еды и напитков.
Инициатор снова машет у меня перед носом деньгами и даже пытается засунуть их в карман моего бордового фартука.
Отбиваюсь, отскакиваю от стола. Так бы и врезала подносом прямо по тыкве!
— Мужчина, мне нужно работать. Не распускайте руки! И деньги свои уберите!
Все ржут, им почему-то смешно. Наверное, выгляжу как мышонок, который воинственно пищит перед носом у сытого жирного кота. Одно ленивое движение лапой — и нет мышонка.
— Я тоже добавлю. — Продолжая смеяться, один из клиентов лезет в карман и швыряет на стол ещё две пятёрки.
Уже тридцать тысяч. Ставки растут.
— И я участвую!
— Ну, и я тоже.
Сорок тысяч… Пятьдесят…
У меня перехватывает дыхание, руки начинают дрожать. Судорожно сглатываю и тут же злюсь на себя — мужики, безусловно, заметили, как мне трудно оторвать взгляд от горки купюр.
Пятьдесят тысяч, мамочки!
Мужчины пристально отслеживают мою реакцию.