Слишком я была зла, чтобы сдерживаться. Удары коленом между ног и рукоятью кинжала под подбородок отбросили незнакомца назад, и он распластался у моих ног. Рейн учил грязным, но эффективным приемам самообороны, а брючный костюм не сковывал движений.
Рорк, увидев нападение на меня, с яростным клекотом камнем ринулся вниз, и мужчина только и успел заслониться руками от острых когтей.
– Рорк, довольно! – испуганно закричала я, отгоняя ахану. Нападавшего хотела наказать, а не покалечить.
От моего крика над городом взмыла стая птиц, а над площадкой, где нас досматривали, повисла оглушающая тишина.
Мой защитник взлетел, а я с ужасом увидела лохмотья рукавов у любителя обниматься. На черной ткани одежды мужчины крови было не видно, а вот обрывки белой рубашки под ней окрашивались алым.
– Дева Лесная! – ахнула я, приложив ладонь к губам. Наконец разглядела, что лежащий мужчина одет в форму стражи дворца акифа.
Мужчина убрал от лица руки и пронзил меня разъяренным взглядом.
– Вы поплатитесь! – рыкнул он, рывком поднимаясь с пыльной земли, и все мое сочувствие к этому субъекту испарилось.
– Я?! Это вы напали на высокородную эльфийку, голубчик. И насколько знаю, в Игенборге карают повешеньем за нападение на порядочных женщин.
– Так это на порядочных, – с угрожающей улыбкой, больше похожей на оскал, возразил он, впиваясь взглядом в мое лицо.
Я ахнула повторно. Край корфы, скрывающий лицо, от резких движений сорвался. Нащупав ткань, я быстро закрепила ее вновь.
– Это вы сорвали! И вообще, докажите! Ваше слово против моего.
– У меня свидетель, – едва уловимо кивнул игенборгец в сторону орка, так и не сводя с меня прожигающего взгляда.
– Этот блаженный? Да он не в себе!
Упомянутый орк до сих пор даже не шелохнулся, продолжая улыбаться.
– Но подтвердит, что вы на меня напали, – самоуверенно заявила я нахалу.
– Дамочка, обещаю, вы вылетите из города…
– Леди – это раз, – выпрямилась я, напряженная, как струна. – А во‐вторых, только посмейте, и за пределы Игенборга разлетится весть, что воины акифа настолько немощны, что их свалит с ног даже хрупкая эльфийка.
Мой издевательский взгляд схлестнулся с его разъяренным, и я услышала скрежет зубов. Пусть внутри обмирала от страха, но гордо подняла подбородок, не отводя глаз.