— Ты вконец рехнулась, Софи? Забыла, в каком мире живёшь? Не вышла бы она! Да кто бы тебя спрашивал?!!
Он хватает меня за руку и большим пальцем чувствительно вдавливает метку истинной.
— Ты принадлежишь мне. Магией, телом — всем! Ты — моя. И, да! Сядешь, когда я скажу, ляжешь, и ноги раздвинешь тоже! По первому же требованию.
Мы смотрим друг на друга. Различаю каждую щетинку на его мужественном лице с волевым подбородком. Вижу, как играют желваки. Как пульсирует вертикальный зрачок, заставляя подчиниться. Чувствую жар его тела.
Вопреки логике и здравому смыслу ощущаю, как твердеют вершинки груди под тонким шёлком розового платья. Списываю это на волнение и испуг.
Упрямо молчу, выдерживая его взгляд. Бросая вызов.
— Мне больно, Роланд, — шиплю сердито.
Презрительно кривит чувственные губы. Разжимает захват, небрежно отбрасывая мою руку."
"Раздражённо тру запястье, на котором наверняка останется синяк. Хочу, чтобы он отошёл, оставил меня в покое.
Но Роланд не торопится это сделать, наоборот. Хмурится.
— В чём дело? — мне кажется, я уже срослась со спинкой стула — настолько сильно вжимаюсь в неё.
— Иди-ка сюда, — удерживая за плечи, грубо дёргает меня наверх.
Разворачивает лицом к столу, вынуждая упереться в столешницу ладонями.
Скребу ногтями по атласной серебристой скатерти и вдруг понимаю, что Роланд бесцеремонно задирает на мне платье.
Пытаюсь дёрнуться, но куда там — одной рукой дракон намертво держит меня за талию, а вторую просовывает под кружево панталон.
— Что… ты делаешь? — у меня даже дыхание перехватывает от унижения и ужаса всего происходящего.
— Ты сказала, что у тебя женские дни, Софи, — слышу над ухом его ледяной голос.
Вскрикиваю от неожиданности, когда тёплые шероховатые пальцы дракона оказываются у меня между ног в самом сокровенном месте. Ведут себя там нагло и по-хозяйски, бесстыдно исследуя.
Задыхаюсь от возмущения, когда он проталкивает их чуть глубже.
Наконец, пытка окончена. Роланд достаёт руку. Демонстративно показывает её мне. Кончики его пальцев в прозрачной влаге. Ни следа крови, и мы оба понимаем, что это значит.
— Солгала?
— Отпусти, — требую хрипло, желая одного — чтобы всё как можно скорее прекратилось.
Но Роланд, наоборот, не спешит.
— Знаешь, что я думаю, Софи? — ухо обдаёт его горячим дыханием.