Длинноногое насекомое, отдаленно похожее на комара, выглянуло из-за песчаного бугорка и припустилось прочь от опасного места.
Глава 2
Сумму, переведенную на свой счет, Илюшин обнаружил случайно, поскольку не имел обыкновения проверять счет ежедневно. В первую секунду он удивился, потом – рассердился, а затем набрал номер Бабкина.
– Серега, привет. Хочешь новость?
В восемь утра Бабкин новостей не хотел, тем более что по тону Макара было очевидно: новость не из приятных. Но деваться было некуда.
– Господин Липатов положил на наш счет деньги… – И Макар озвучил Бабкину число, выведенное на экран.
– Откуда у него номер счета? – не понял Бабкин, собираясь с мыслями. – И почему так много перевел?
– Наверняка оттуда же, откуда и выход на нас. Что касается суммы, то вопрос не ко мне. Надо сообщить товарищу, что он погорячился и заниматься его делом мы не будем.
– Вот ты и сообщи, – предложил Бабкин, быстро сообразивший, к чему клонит напарник. – В конце концов, кто из нас двоих дипломатичен и хорошо воспитан? Записывай номер…
Мобильный Липатова отозвался сообщением о недоступности абонента.
– Не отвечает твой Липатов, – сообщил он, раздражаясь с каждой минутой все больше и злясь на себя за свое раздражение. – Давай рабочий телефон.
– А ты не нервничай, – зевнул Бабкин в трубку. – Рабочего у меня нет. Да он сам тебе перезвонит, не суетись. Начнет интересоваться, как ты ведешь расследование, давать советы…
– Серега, мне не нравится ситуация, когда клиент пытается вынудить нас с тобой заняться его делом столь беспардонным способом.
Бабкин сел в кровати, окончательно проснувшись. Плохи дела бедняги Липатова, если уравновешенный Макар и впрямь вышел из себя. Впрочем, клиент сам напросился.
– Он говорил, что офис их фирмы где-то на Волхонке, – припомнил Сергей.
– Все, я и сам вспомнил. – Макар хлопнул ладонью по столу и положил трубку, не прощаясь.
«Мелкий и глупый манипулятор, – размышлял он, пока ехал в метро. – Всех меряет на свой аршин, а, значит, деньги оказывают на него магическое действие. Представил, что он сам не смог бы отказаться от такой суммы, и решил, что и я не смогу. Наглец без выдумки».
Обозвав Липатова наглецом, Илюшин покачал головой.