Правда, я ее уже не слушал. Внутри меня поднималось не поддающееся объяснению чувство, просто зудело отсюда уйти, и с каждым мгновением это ощущение росло, становясь нестерпимым.
— Ладно, мы пойдем, надо обо всем подумать в тишине и спокойствии! — встал, увлекая за собой мышку и не обращая внимания на удивленно вытянувшиеся лица, вышел.
Стоило закрыть за собой дверь, стало легче, но зудящее чувство не прошло, сверля мозг мыслью, что я что-то упустил, что-то из того, что происходило сейчас в палате, мне не понравилось, но вот что? Неожиданно пришедшая догадка, заставила споткнуться, и остановиться, невидяще глядя перед собой, я изумленно выдохнул:
— Это кто-то из связки!
44
ШЭРЭЛИНА.
— С чего ты это взял? — тоже остановившись, посмотрела я удивленно на тигра. Он перевел на меня задумчивый взгляд, в котором тут же полыхнуло азартное веселье.
— Мышка, я тебя хочу, прямо сейчас! — схватив меня за руку, этот больной на голову тип открыл портал в нашу спальню.
— Ты что, серьезно?! Более подходящего времени не нашел?! — хоть я и не вижу, но чувствую, что от изумления мои глаза полезли из орбит.
— Нет, мышка, сейчас, и в боевой ипостаси! — пройдя к окну и распахнув створки, принц повернулся ко мне и, предвкушающе улыбаясь, снял футболку. Оценив его оскал, я попятилась.
— Алан, ты дурак? Ты же сам говорил, что настолько большой «любви» мне не выдержать!
— А вдруг я тебя недооценил, вот мы это и проверим! — кинулся он ко мне в попытке поймать, должна констатировать: вполне удачной! Не успела я пикнуть, как уже висела на сильном плече кверху попой! Мой вырвавшийся из горла визг был остановлен звонким шлепком по мелькающей возле его лица части тела, сломив не успевшее начаться сопротивление, тигр запрыгнул на подоконник и, расправив крылья, взмыл в небо.
Брыкаться я тут же перестала, ну его к лешему, вдруг уронит? Вдоволь налюбовавшись на аппетитный зад, я уперлась руками в мускулистую спину, порываясь выпрямиться, почувствовав мои поползновения, Алан ослабил хватку, позволив соскользнуть с его плеча, обвив любимого конечностями на манер обезьянки, я повисла на нем, зачарованно изучая черные, переливающиеся на солнце зеленоватыми бликами, крылья.
Летели мы недолго, зависнув над какой-то горой, принц начал спускаться и, приземлившись на самой вершине, бережно поставил меня на ноги.