— Провинилась — имей смелость это признать, глядя в лицо обиженного тобой мужчины! — вот, что за наглость такая? Чем я его обидела? Сказала, что он лучший? Или тигрятами? От осознания того, что творится беспредел, глаза распахнулись.
— Когда и чем, позволь поинтересоваться?
— Ну как же, сначала возбудила, заставив тебя мазать, потом к этому еще добавила, пока терлась об меня во время танца, а после жестоко напилась, лишив сладенького! — надул он губу и смеющимися глазами смотрел на то, как я возмущенно открываю и закрываю рот, не в силах подобрать слова от такого произвола.
— Ты сам настоял на том, чтобы меня помазать, даже горничную чуть заикой ради этого не сделал! И во время танца сам меня прижимал! А напилась я, потому что это ты меня обидел! Испортил всю романтику от свидания с принцем! «Мышка, мне нужна твоя помощь!» А мне нужны поцелуи и признания в любви! — сама так прониклась своей душераздирающей речью, что на ресницах блеснули слезы.
"— Мышонок, ты чего?! — опешил Алан. — Ну, прости дурака, что опять все испортил! У меня же не было никогда отношений, вот я и не знаю, как с тобой себя вести! — пока говорил, он покрывал мое лицо поцелуями. — А давай, я сейчас скажу, что люблю тебя, и докажу это делом? — состроил он невинную физиономию.
— Сейчас горничная придет! — прошептала смущенно.
— Прости, но ей я ничего доказывать не буду! Я любимой обещал, что теперь в моей жизни есть место только для нее! — ну, вот как на него злиться? Улыбнувшись, обвила его шею руками, выдохнув:
— Доказывай!
Вместе с завтраком служанка принесла письмо, сообщающее об очередном испытании отбора.
— Алан, прошу тебя, успокойся, — еле выдавила она дрожащими от страха губами.
— Успокойся?! — раздалось с утробным рычанием. Послышался звук рвущейся ткани, и футболка принца буквально разлетелась на клочки, обнажая перекатывающиеся в трансформации мышцы. От вида занявшего чуть ли не полкабинета демона, даже я гулко сглотнула, хоть и гневались не на меня.