Возможно, мое тело действительно стало сильнее благодаря тренировкам, а возможно совесть помогла — все-таки тортик я вечером съела… два кусочка. Но утром, встав на весы, обнаружила, что не только не набрала лишних килограмм, но еще и сбросила немного, но все равно.
— Шеф, вы зверь, — все-таки высказалась я, тяжело дыша, когда мы поднимались в квартиру начальника."
"Еще не все, осталась отработка приемов.
Радов уже не выглядит таким хмурым, как в начале пробежки, видимо, спортивное мероприятие его только взбодрило и подняло настроение.
И вот мы дома, на ковре. Себа расположился неподалеку — на спинке дивана и с интересом наблюдает за мной и своим новым кормильцем.
— Может не надо? — жалобно смотрю на начальника. Мне на сегодня хватит физической нагрузки, а ведь еще на танцы.
— Надо, Ксюша, надо, — жестко отвечает шеф, и с первым же приемом я оказываюсь на мягком ковре.
Спустя десять минут издевательств надо мной.
— Ксюша, хватит халтурить, — босс сидит на мне, я же расплющена по ковру, признаков жизни не подаю.
— Я не халтурю, шеф, я труп.
— Не ври мне, трупы ничего не чувствуют.
Проходит секунда, другая…
— Шеф, перестаньте меня по попе гладить!
— Ага, вот видишь, точно не труп.
— Шеф!
— Руки уберу только тогда, когда ты сама их сбросишь.
Вот это стимул к борьбе.
Пытаюсь сбросить с себя для начала своего начальника, но силы неравны. В это время мою попу полностью ощупали и, наконец, дали возможность встать.
Подскочила и кинулась мстить за поруганную честь, вспоминая самые каверзные приемы, но уже вскоре вновь оказалась повержена и в еще более… нескромном положении — стоя на коленях, одной рукой опираюсь на ковер, другая рука заломлена назад, а Радов сзади, вплотную ко мне пристроился.
Мне кажется или… нет, мне не кажется.
Шеф, а что это такое упирается мне в попу?
Втайне все же надеюсь на ответ, что это фонарик.
— А что ты хотела, Ксюш? Ты женщина, я мужчина. Утро, что тоже немаловажно. Ты привлекательна, женщина в самом соку… я не старик, и не… хм, человек, которому на женщин плевать.
— Босс, вы не себя держите в руках, а меня. Все. Хватит уже на сегодня отрабатывать приемы.
Меня трясет, но не от страха, а совершенно от иных чувств. Нереализованная уже довольно долго потребность в мужчине, только усиливается.