Не могу даже кричать.
Не помню точно, как оказалась на улице. Кажется, бежала как никогда быстро.
У бортика уже столпилось несколько человек.
Люди показывают руками на реку, кто-то кричит. Я у ограждения. Мое сердце даже не замерло — остановилось. Андрей из последних сил держится на поверхности воды и гребет руками к закованному в камень берегу, но что-то явно не так, то и дело шеф уходит под воду. Ноги. Шеф может быть ранен. Самое плохое то, что подъема для выхода из воды здесь нет, и просто так на берег не выбраться.
Мне никогда еще не было так страшно. Люди продолжают что-то кричать, но на выручку Радову никто не торопится. Нужен круг, или что-то, что позволило бы…
Босс, так и не доплыв до борта, вдруг начал тонуть.
— Андрей! — с диким надрывным криком я не раздумывая перегнулась через борт и прыгнула в воду.
Прыгнула удачно, оказавшись рядом со своим дорогим человеком. Сама держусь на воде так себе, не моя стихия, но все-таки плавать умею — папа заставил в детстве научиться, с формулировкой, что его дочь должна уметь это делать, и когда-то я обижалась даже за то, что меня заставлял делать то, что не хочу.
Нырнула, поймала и подхватила начальника, не успевшего уйти глубоко под воду, за шиворот, и вытянула наверх, сама легла на спину, а голову Андрея уложила себе на грудь, помогая ему также лежа держаться на поверхности воды. Над водой остались наши лица. Надеюсь, что помощь скоро придет.
Ого. Отсюда кажется, что я прыгнула просто с огромной высоты. Головы людей, выглядывающие из-за ограждения такие маленькие.
— Шеф, вы чего это, тонуть, что ли вздумали? А кто тройню воспитывать будет? Кстати, нам бы раздеться, чтобы одежда вниз не тянула. Впрочем, я то в лосинах и футболке, это ладно. Тапочки, вообще, похоже дома остались, а вот тебе Андрей сейчас надо пиджак снять и обувь хотя бы… — кажется, от нервов у меня началось словесное недержание.
Радов откашлялся и тихим хриплым голосом произнес, прерывая мой нервный монолог.
— Спасибо, Ксюш. Не ожидал. Честно.
— Почему это не ожидали?
— Ну, обычно девушки меня не спасать стремятся, а стараются убить или ударить, за свои обиды, как Лена вот сейчас, или Карина с ножом, или…
— Андрей, что с ногами? Ты обувь сможешь снять?
— Вряд ли. В данный момент я ног совсем не чувствую.
Вот это плохо, очень плохо. Мне едва удается подавить подступающую панику.