Марина с трудом убедила себя, что лежать здесь, на улице, ничем не безопаснее нахождения внутри здания, и осторожно вошла в фойе. Первым желанием было броситься бегом и оказаться в пати-баре как можно скорее, но от этой идеи пришлось отказаться. После лунного света вокруг стоял иссиня-черный мрак, и она не видела ничего дальше вытянутой руки. Если сейчас кто-нибудь из изуродованных трупов стоит на лестнице и смотрит на неё, она даже не поймет этого! Липкий страх стремительно стиснул сознание ледяными тисками, убивая остатки решимости, Марина на ощупь пробралась к ближайшему уголку мягкой мебели и забралась под журнальный столик.
Минут пять она просидела под столом неподвижно, боясь даже пошевелиться. Затем глаза стали привыкать к окружающей темноте, и она начала различать смутные контуры обстановки. Надо идти! Надо идти прямо сейчас, пока первобытная паника окончательно не выбила из неё способность двигаться.
"Со второго этажа донесся тихий звук, и она застыла, словно изваяние. Что-то шаркало по ковровому покрытию, волоча за собой нечто то ли тяжелое, то ли мокрое, и, судя по шороху, оно было не одно. Марина похолодела от страха и заторопилась дальше, перебирая по стене руками, как вдруг лестничные ступеньки скрипнули под тяжестью грузного тела, размеренными шагами спускающегося со второго этажа.