Только сейчас её губа была сильно рассечена, а одежды изорваны и покрыты запекшейся кровью. – Я не причиню тебе вреда!
Он заторопился к ней, извлекая нож, и разрезал веревки, стараясь не думать о том, кто перед ним. И вообще, совсем не обязательно, что она ведьма! Ну, может, её просто какой-нибудь шаман Белых Великанов научил сотворять псов, например, тот самый, что заворожил заколку! Вот именно, так и было! И нечего крепкому и сильному охотнику бояться молодой девушки, пусть она и выше его на голову.
– Благодарю тебя, охотник, – юная девушка растирала затекшие под путами руки. – Пусть Великий Дракон благоволит тебе! А теперь мне надо возвращаться домой, ибо случилась беда…
Она замолчала и побрела прочь, утопая в глубоком снегу. Опешивший Лицуро поспешил за ней.
– Я провожу тебя, девушка! – заявил он, догоняя её. – До границы земель твоего народа полдня пути, снег глубок, и вокруг множество хищников! Нельзя ходить тут в одиночку без оружия!
Охотник сбросил заплечный мешок, извлек из него запасные снегоступы и протянул их девушке.
– Вот, надень! Так мы сможем идти быстрее! – он помог ей справиться с завязками и указал направление движения. – Туда! Так немного дольше, зато не придется идти в гору или обходить овраг. Пройдем между двумя сопками, минуем ельник и выйдем прямо к порубежным тотемам!"
"Девушка вновь поблагодарила его и более не произнесла ни слова. Половину пути они прошли молча, и Лицуро сосредоточился на наблюдении за местностью, дабы не оказаться застигнутым врасплох хищным зверем.
Сугроб у его ног взорвался, словно взъярившийся вулкан, и Лицуро почувствовал, как его ноги отрываются от земли. Спустя мгновение он оказался прижат спиной к сосновому стволу и, холодея от страха, смотрел на лезвие огромного ножа, направленное ему прямо в глаз.
– Ратимир, не убивай его, – раздался голос девушки. – Он помог мне. Спас от парда и вывел сюда.
Нож пропал, и Лицуро поставили на ноги. Прямо перед ним возвышался могучий белый воин, под одеждами которого угадывались боевые доспехи Белых Великанов. За его спиной ещё двое быстро укутывали спасенную девушку в теплые меха. Воин протянул Лицуро отобранное у него оружие и обернулся на девичий голос.