— Быстро-быстро!
Успеваю только впечататься напоследок в теплые пряные губы.
— Люблю…
— Люблю!
Они уезжают, а я остаюсь.
И до меня только доходит.
— Папа… Вау.
Богдан Дмитриевич Литвин, значит.
Эпилог
Тетушка включает плазму, на которой в последнее время крутятся только мультики.
Включает какой то федеральный канал.
Я — снова на своем кресле. Нет, ничего не отказало. Но перегрузки дали о себе знать. И у меня настойчивые показания от врача — разгрузить ноги и позвоночник.
Валяюсь, катаюсь… Посвящаю все свое время Тико.
У нас в доме замутили детскую, поменял кровать на двуспальную…
Я считаю не дни. Я считаю часы…
— Баба, вкьючи мувтики.
— Подожди, моя золотая, послушаю, — тетушка делает громче.
Вздрагиваю от знакомого голоса с экрана.
Эльдар! Интервью какое-то.
Открыв от удивления рот, Тико тоже разворачивается на экран.
И застывает задрав голову.
— Это папа?..
— Как — папа?! — всплескивает руками тетушка. — А это тогда кто ж?
Показывает на меня.
— Товже папа.
Неуверенно переводит взгляд на экран и обратно.
Залезает ко мне на колени.
— Чё он тут? — кивает на экран.
— ""Говорят, у вас есть общая дочь с Татьяной Сударской?"" — спрашивает журналистка.
— Пво меня гововит? Я — дось?
— Наверное, — хмурюсь я.
Эльдар делает глоток воды, выдерживая паузу.
— Нет. У меня нет детей, — невозмутимо.
Тико внимательно слушает.
— Ну я так и думава, фто не папа, — по-деловому обнимает меня за шею. — Ты вже папа. Забвав меня…
— Да, — с облегчением улыбаюсь ей. — Я — папа.
Не стоит ей об этом где-то говорить, что она дочь Эльдара.
— Как у тебя отчество?
— Митяевна? — задумчиво.
— Ну пусть — Митяевна.
— Как фамилия?
— Вит-ви-на! — гордо.
Смеемся с тётушкой.
— За кого голосовать-то?
— За него… — пожимаю плечами.
Этот хоть понятно чей.
— Баба, это твои денефки? — теряет Тико интерес к видео.
Поднимает со стола несколько купюр.
— Мои…
— Хофчешь, поделимся?
— Зачем же тебе денежки? — смеется тетушка.
— Богдавше куплю конфетов, — вздыхает.
Мы ограничиваем. Она их может есть без меры.
— Держи, — достает ей три штучки со шкафа тетушка.