Словно ледяное ведро на голову.
Да, Танго, у детей бывают папы. И Тико не почкованием появилась. Хотя, я бы зуб за это не поставил. Потому что сходство такое, словно почкованием.
— Папы… — хмурясь, киваю я.
Ох, Тати… А-а-а!! Зачем так?
Хоть бы кольцо носила, чтобы башню не рвало мужикам!
А ведь это не я ее в постель затащил, а она меня. Зачем?
А с ним так — зачем?..
Ох, Тати. Нахуевертила ты, милая, как обычно. А я как обычно отгребу теперь… ебанных чувств!
— Севдишься? — с опаской косится на меня Тико.
— Ну что ты… — смягчаюсь я, треплю ее кудряхи.
— У папы такие есть, — поднимает шестигранный кубик с нард.
Тати хорошо играет. Нет. Хорошо играю я. А она просто меня выносит насухо!
Муж научил?
Я начинаю кровоточить внутри от ревности и чувства потери, как от реального ранения. Больно и силы покидают, в ушах шум и крыша едет…
""В этой жизни не судьба"".
И я бы пожалуй забил хуй и поконкурировал. Потому что если все заебись у них, она бы, во-первых, тут не тусовалась, сама по крышам провода не чинила, во-вторых, ну… не трахаются влюбленные в мужа женщины с друзьями детства.
Но маленькая Тико обезоруживает… Эта конкуренция будет против неё?
— Тико, ты любишь папу?
— Коневшна…
Конечно, Танго, конечно…
Меня скручивает как от удара в живот.
Бля-я-я…
— И маму.
— А мама? Папу… — хриплю, грустно улыбаясь.
Не отвечает.
— А почему у тебя фамилия мамина? — пытаюсь нащупать хоть какую-то нить, чтобы не рухнуть окончательно.
Пожимает плечами.
— Папа, гововил, мама пвидет-пвидет… Никуда не денется! — такой интонацией, словно копирует раздражённого взрослого.
— Мм. Они поссорились?
Кивает.
— И мама не пришла?
Поднимает на меня глаза.
— Это секвет.
Съезжая по стене, рядом падает второй костыль.
Прихожу в себя, растерянно глядя на него.
С кем ты собрался конкурировать, Танго? Тяжело сглатываю. Смешно.
Внутри горечь.
Что от меня осталось без ног? Что-то же осталось?
Протягиваю к себе гитару.
Пальцы перебирают струны.
Тико положив подбородок на пухлые ручки, внимательно слушает, глядя не моргая мне в глаза.
Хмурясь, вынужденно улыбаюсь ей. Обычный перебор интуитивно трансформируется в конкретную мелодию. Дверь с террасы открывается.
— ""Когда разлюбишь, не забудь позвонить… поговорим…""
Поднимаю взгляд, встречаясь глазами с Татико. С ней ещё несколько человек.
— ""Не приезжай… Я не поверю глазам… твоим!""
Все замирают.
Хрипло пою ещё пару строк, голос гаснет. Ее держит за руку мужик.