Не подпишешь, устрою я тебе и твоей тете Ане хорошую жизнь по линии участкового и паспортного стола! Хочешь?
— Я?! Не-е, я не хочу, что вы!
— Значит, подъедешь и подпишешь, понял уже теперь?
— Я.., понял, да.
— Ну, ты сообразительный, Василий Игнатьевич, — похвалил его Максим Вавилов. — Будущий финансист, как-никак!
— И чтоб без глупостей, — солидно добавил Вова Бобров.
На Сиреневом бульваре старший оперуполномоченный купил у толстой тетки два яблока, старательно обтер их о джинсы и одно отдал лейтенанту, а от второго откусил сам.
— Слушай, Борь… — Он посмотрел на часы, а потом на подчиненного. — Странная штука выходит. Ведь тот, который свидетельницу душил, по крышам ушел.
— Ну да, — согласился Вова, жуя яблоко.
— А пришел как?
— В смысле, шеф?..
— Ну, Василий никого не видел. Самгина тоже никого не видела. Почему он решил задушить Самгину, а не Василия?
Вова пожал плечами:
— По-всякому выходит, что она видела что-то, чего Василий не видел!
— Вот-вот, — подтвердил лейтенант. — Видела, а нам не говорит!
— Да нет, подожди ты! Не складывается ничего, разве ты не чувствуешь? Труп везли, чтобы где-то выбросить, так? Так.
Лейтенант пожал плечами.
— Я не знаю, шеф. Чепуха какая-то.
— Вот именно чепуха, Вова! И способ убийства странный, и что он по крышам уходил, странно. — Максим доел яблоко, потом подумал и доел заодно огрызок. — Он что, террорист, что ли?! Это они все больше по крышам! Нормальные честные фраера по крышам не лазают, они не кошки!.. И личность трупа мы не установили!
— Свидетельницу надо дожимать, шеф! Думаю, все дело в ней! И мотоциклист сказал, что она его с мотоцикла свалила! Как она могла его свалить, она же вроде субтильная! Значит, приемчики знает!
Максим пошел к в машине, и Вова, громко чавкая, потащился за ним.
— Зачем она ему сдалась, — задумчиво спросил Максим Вавилов самого себя. — Что такое она могла знать или видеть, зачем ее понадобилось убивать, да еще так срочно?.