Ты снова придёшь к сестре, или же просто переведёшь на неё стрелки, подставив вместо себя, вот только платить ей будет нечем, ‒ развожу руками. ‒ Жилья нет, деньги потрачены, у неё средняя зарплата в моём отеле. Что делать?
‒ Не знаю, ‒ пожимает плечами. ‒ Лана придумает. Она умная.
‒ Придумает, значит… ‒ Лана придумает. По-моему, он и её готов продать, только бы самому отмазаться и выйти сухим из воды. Хотел бы отвесить пару подзатыльников Мише и провести разъяснительную беседу, как правильно относиться к сестре, которая вытаскивает его из каждого дерьма, в которое он наступает.
‒ Это значит, вы согласны?
‒ Это значит, что я лишь предположил возможность такого варианта. Предположение ни есть согласие. Сейчас мы закончим этот бессмысленный разговор, и ты пойдёшь работать. Предупреждаю: если Лана продаст квартиру и принесёт мне деньги по факту ‒ я не возьму. Ты меня услышал?
‒ Но…
‒ Ты. Меня. Услышал? ‒ повышаю голос.
‒ Да.
‒ Свободен."
"Ещё несколько секунд Вишневский буравит меня взглядом, ожидая дополнения или прояснения ситуации, но, так и не дождавшись, разворачивается, чтобы покинуть мой кабинет.
Расскажет когда-нибудь? Вряд ли.
‒ Привет! ‒ Слышу за спиной и вздрагиваю, потому что давно отвык от голоса бывшей жены.
‒ Что ты здесь забыла? ‒ Повернувшись, вижу Ольгу с широкой улыбкой. Плюхается в кресло, закидывая ногу на ногу.
‒ Кретов, ты хамло. Здороваться не учили?
‒ Прежде, чем заявиться ко мне в офис, могла бы позвонить.
‒ Я звонила. Несколько дней подряд. Ты не брал трубку, и не перезвонил.
‒ Был занят. Очень занят.
‒ Поговорить с Аллой ты время находишь.
‒ Не сравнивай себя с Аллой. Для неё я всегда найду время.
‒ Не удивлена, ‒ фыркает.