Отец подруги. Навсегда твоя

А еще мне очень хотелось сказать Виолетте Михайловне, чтобы она все тоже самое сказала Дамиру. Мне то оно зачем? Это не я себя веду, как камень.

Ну, ладно, может и я тоже, но я просто не понимаю как с ним взаимодействовать. Иногда я ловлю себя на том, что мне хочется подойти к нему, обнять, поцеловать, провести пальцами по его щетине или напротив гладко выбритой щеке, неважно, важно лишь, что это его кожа. И сам Дамир.

Но ничего этого я не делаю. После того секса на его рабочем столе между нами больше не было близости.

Да и разговоров тоже больше никаких не было. Дамир переселил нас с Даней к нему в комнату и словно на этом успокоился. Все стало, словно так, как должно и этого ему хватит. Как факт и ничего более.

Да он меня приобнимает, целует, но мне хочется чего-то большего. Признаний, наверное.

Наверное, глупо ждать сейчас каких-то ухаживаний с его стороны. Знаков внимания и романтики. Но вспоминая то, как он вел себя четыре года назад, мне хочется всего этого. Хочется, чтобы он меня… завоевывал?

Как же глупо это звучит.

Особенно, если учесть, что я уже живу в его доме, сплю в его кровати и воспитываю его сына.

Правда, когда я захожу в спальню и вижу, как Дамир бережно обнимает Даню, и уже спит, мое сердце сжимается от тепла. Они так похожи, а сын его словно чувствует, он ворочается и придвигается к Дамиру еще ближе, на что тот прижимает его к себе еще крепче.

Я укрываю Дамира одеялом и иду в душ, но не успеваю я раздеться, как на экране телефона начинают появляться одни за другими сообщения от Ульяны.

“Надеюсь, ты не спишь еще”.

“Спустись вниз, надо поговорить”.

“Тая, срочно”.

“Я сейчас поднимусь к вам!”

“Надеюсь вы там не голые с папой”.

Я быстро печатаю ей ответ, что спускаюсь, хотя хочется очень зло пошутить. Что голой я в этой комнате скорее всего окажусь еще не скоро.

“Я выйду” — пишу наспех и спускаюсь.

Долго искать Ульяну не приходится. Она стоит внизу. Какая-то растрепанная, словно ехала сюда на мотоцикле, волосы в разные стороны, горящий взгляд, правда, я пока не могу понять причину ее лихорадочного состояния.

Что за новости? Хорошие или плохие?

— Что случилось?"

"— Тая! — охает она. — Я влипла. Ты не представляешь, как сильно я влипла.

Глава 44

— Что? Боже, ну что стряслось еще? — хватаю Ульяну под руку и тащу к дивану в гостиной.

То, что Дамир спит сейчас, наверное, даже к лучшему, но я не могу избавиться от мысли, что он в любой момент может проснуться.