– Если бы мы не поехали той ночью, ничего бы не случилось, мразь ты такая!
Отец захрипел. Трясущимися руками он пытался отпихнуть нависшую над ним Светлану, но все его потуги были тщетны. Шансов у парализованного мужчины против молодой и крепкой дочери были такими же, как у воробья против коршуна.
– Ты… сломал… мне… всю… жизнь, – скрипела зубами Светлана. Ее лицо раскраснелось, отливающие медью волосы рассыпались влажным каскадом. Раздувающиеся ноздри резал неприятный запах, который источало тело Алексея Сергеевича, но сейчас она чуть ли не с наслаждением вдыхала его полной грудью.
– Све… – булькнул отец. Ему все же удалось вцепиться в предплечье дочери. Пальцы Алексея Сергеевича были жесткими и холодными, как деревянные щепки, все ночь пролежавшие на мерзлой земле.
– Ненавижу тебя, – выдохнула она и, издав вопль, тряхнула отца. Раздался слабый хруст, так ломается сухая ветка под ногой, и отец притих. Его голова безвольно свесилась набок, широко распахнутые глаза продолжали с недоумением смотреть на дочь.
– Тряпка, – бросила Светлана. Она разжала пальцы, и обмякшее тело отца с глухим стуком упало на пол.
Она поднялась, пытаясь привести в порядок мысли, пчелиным роем заполнивший измученный мозг.
«Вот и все, – стучало в стенки черепа. – Вот и все».
Она вытерла испарину, которая выступила на лбу крупными каплями.
На всякий случай пнула отца, тот не шевельнулся. Его глаза медленно тускнели, заволакиваясь мутной пленкой.
«Это убийство, Света, – с тревогой произнес внутренний голос. – Что ты наделала?!»
С губ Светланы сорвался вздох.
– Я не сяду в тюрьму за убийство, – сказала она громко и, наклонившись, с трудом перетащила остывающий труп на кровать. Поправила матрас и заботливо накрыла мертвого отца провонявшим мочой одеялом.
– Ну вот, – промолвила она, устраивая его костлявые руки поверх одеяла. – Почти как живой.
«Ты сломала ему шею», – не унимался внутренний голос.
Светлана критически оглядела проделанную работу.
– Старый козел мог свалиться во сне, – предположила она.
«Экспертиза…»
– В задницу все экспертизы! – внезапно рявкнула она. – Ничего не хочу слышать!
С этими словами Светлана захлопнула тумбочку и, пошатываясь, вышла из комнаты, закрыв дверь на замок.
Первым делом она проверила сына, но Антон, слава богу, продолжал крепко спать, укрывшись одеялом.
Она подошла к окну, невидящим взором глядя на спящую улицу.
Случилось то, о чем она втайне мечтала и чего боялась последние месяцы… и видела во снах.
Она убила отца.
УБИЛА.