Я надеялась, что все окажется не так страшно… Может быть там все же просто сильный ушиб? Но что-то подсказывало, что на этот раз так легко мы не отделаемся…
Мы добрались быстрее, чем я ожидала. Берта, едва сдерживая слезы, указала на небольшой дом с соломенной крышей, из окна которого пробивался слабый свет свечи.
– Он там, – прошептала она.
Мы спешились во дворе и поспешили в дом.
Раст вошел первым… похоже, последние события заставили их не доверять никому. Он поманил нас за собой, когда убедился, что внутри нет посторонних.
В теплом, но бедном помещении пахло дымом от очага и травами. На низкой деревянной кровати сидела старушка, видимо, мать Берты, на ее лице читалась растерянность и страх. А рядом с ней – Боди. Его лицо было мокрым от слез, а бледные губы дрожали. Он держал руку, которая была согнута в неестественном положении, и тихо всхлипывал. Да, тут уже сомнений быть не могло…
– Госпожа Доктор, – торопливо проговорила мать мальчика. – Вот он. Пожалуйста, помогите ему.
Я кивнула, стараясь держаться спокойно, и подошла к ребенку.
– Боди, я здесь, чтобы помочь, – сказала я мягко, опускаясь на колени рядом с ним. – Сейчас мы сделаем так, чтобы тебе стало легче, но мне нужно, чтобы ты был храбрым мальчиком. Ты ведь сможешь?
Он всхлипнул, но кивнул, сжимая зубы.
– Это будет больно, но я обещаю, что ты скоро поправишься, – добавила я.
Я повернулась к его матери и бабушке.
– Мне нужно место, где я смогу удобно работать, лучше стол. А также крепкие ровные доски или что-то похожее, чтобы сделать шину, – сказала я. – И, пожалуйста, принесите чистую воду и любую крепкую чистую ткань, что у вас есть.
Женщины быстро засуетились, выполняя мои просьбы, а я тем временем разложила свои инструменты. В сумке у меня были пинцеты, ножницы, бинты, спиртовая настойка и немного опиума – я решила, что это поможет немного облегчить боль мальчику. Конечно, не самое полезное для ребенка, но я не представляла, как можно вправить кости без наркоза…
Когда все было готово, я осторожно осмотрела руку Боди.