Отражение

Главным условием было, не попадать в истории, не переходить черту… А где, бл*дь, она – эта черта? Где, Лика? Если мы, дети, должны были смотреть на все это?!

Она прижала к губам дрожащие пальцы, явно прибывая в шоке.

– Когда мне было шестнадцать, Игорь взял меня с собой в этот клуб. А еще через год привел туда Юлю. Он был первым, кто…. Черт, ей было пятнадцать, и я ничего не сделал, чтобы защитить ее. Наверно, она до сих пор не может мне этого простить. Как я могу винить ее….

– Вы не могли отказаться? – хрипло спросила Лика.

Я опустил голову, закрыв глаза. Боль в висках нарастала. Я так устал. Боже, этот мир доканал меня. Все-таки доканал.

– Я до сих пор не могу отказаться, как видишь…, – прошептал я, – Я просто хотел немного счастья. Хотел, чтобы наша жизнь была другой, чистой и светлой. Я хотел, чтобы ты хоть немного любила меня. Какая глупость. Я просто идиот, и ты права. Наверно, это предательство. Но как я мог сказать тебе правду? Такую правду?

– Так же как сейчас, – тихо произнесла она совсем рядом.

Когда она села мне на колени и обняла, что-то внутри меня оборвалось. Это было невыносимо больно. Я зажмурил глаза и уткнулся носом в ее грудь, тяжело дыша. Ее пальцы коснулись моих волос, нежно и робко, – Мне так жаль, – прошептала она. Последние крупинки самоконтроля покинули меня, я почувствовал, как содрогаются мои плечи, а глаза жгут слезы. Вот черт.

***

Анжелика"

"Когда Костя уснул, я осторожно выбралась из постели и вышла на балкон. Впервые за много лет страшно захотелось курить.

Я выкурила три сигареты, но так и не смогла хотя бы немного успокоиться. Этот день был самым страшным, после того, когда я потеряла близнецов. И самым длинным.

Я посмотрела на звездное небо, посылая во вселенную немой вопрос. Почему я? И что со мной не так? Если мой первый муж был ранен жизнью и болен, то второго эта самая жизнь перемолола мясорубкой, но он умудрился выжить и чего-то достичь. Почему я притягиваю подобный психотип? Сегодняшнее признание Кости на многое открыло глаза, и на то, что происходило в моем первом браке, тоже.

Страх быть непонятым, отвергнутым, желание контролировать ситуацию, удерживать любой ценой – вот, что заставляло лгать Костю, и, наверно, и Макса тоже.

Но сейчас мои взаимоотношения с мужьями, настоящими и бывшими, не имели значения. Главное – защитить мою дочь, сохранить нашу семью. А что касается двойной жизни Кости…. Наверно, я смогу его простить со временем, если он больше никогда не будет посещать закрытые клубы.