Подумать только, они виделись всего три часа назад. А ему показалось, что он смотрит на нее впервые. Как вспышки камеры понеслись кадры, замедляясь, ускоряясь, разбивая остатки самоуважения вдребезги, изливаясь непролитыми слезами разочарования в грязные лужи под их ногами. Он не мог стереть ни один кадр. Как ни пытался. Вереница образов, как наваждение. Невинный обед в кафе, ее квартира, самый грязный и развратный секс в его жизни на алом ковре гостиной, потом на кухне, у стены, в душе. Ему еще не попадались такие безумные женщины.
– Ты меня преследуешь? – голос не слушался. Никита смотрел на нее, испытывая неимоверные муки. Хотелось убить ее и трахнуть снова.
– Мне не понравилось, как мы расстались, – девушка шагнула к нему. Улыбнулась. Коварно. Красиво. Белые зубы, красные губы, голубые глаза. – Мне показалось, что ты сожалеешь.
– Это так. Нам не нужно больше встречаться, – отрывисто проговорил Никита. – У меня есть девушка. Я говорил.
– Да. Говорил, – утвердительно кивнула. – Но мы уже это сделали. И с завтрашнего дня ты можешь начать искупать свою вину. Сегодняшний день уже потерян. Так давай проведем его с пользой. Для нас обоих.
– Нет, – тряхнул головой Ник.
Она рассмеялась, откинув назад белокурую голову. Потом подошла к машине. Своей. Открыла заднюю дверь. Шагнула в сторону, дерзко и чувственно взглянула в напряженное лицо парня.
– Садись, недотрога. Так и быть, я буду сверху. Будем считать, что я взяла тебя силой.
– Как ты можешь быть такой развращенной! – воскликнул Ник. Девушка раздраженно фыркнула. Резко подошла к нему, схватила за полы распахнутого пальто и впилась в его рот алчным глубоким поцелуем, прижимаясь всем телом. Потащила за собой. Невозможно сопротивляться. Она толкнула его на заднее сиденье. Размеры автомобиля давали возможность для маневров. Залезла внутрь, уселась на него, закрывая дверцу.
– Предательство бывает таким сладким, дружок, – бросила Фрея, когда разбитый и сконфуженный, он выходил из ее машины. – Не расстраивайся. Ты еще не женат.