Возница перекинулся с ними парой слов, затем ворота распахнулись, и карета двинулась дальше.
По голосу Алекс понял, что кучер – женщина. Карета, подскакивая на ухабах, ехала по каменной дороге, огибая большое темное строение. Грановский успел заметить местами растрескавшиеся кирпичные стены, большие окна, покрытые толстым слоем пыли. Над плоской крышей поднималось несколько длинных труб. Здание окружал парк из высоких деревьев.
Вскоре карета въехала в какое-то помещение. Судя по запаху соломы, это был хлев или сарай.
Дверь кареты распахнулась, из нее кто-то выбрался. Алекс хотел выскочить из своего укрытия, чтобы разобраться с убийцей, но тут со стороны ворот послышались еще чьи-то шаги. Грановский замер, услышав голоса мужчины и женщины.
Голос женщины, хриплый и какой-то надтреснутый, был Алексу смутно знаком. Где-то он уже слышал его раньше. А вот мужчину Грановский узнал сразу. Голос барона Доминика Клайда, отца Камиллы, он, пожалуй, запомнит на всю оставшуюся жизнь.
– Колдовскую книгу Готелей мы раздобыли. Не без труда, конечно, но сейчас это уже позади. Однако там далеко не вся информация, которая нам нужна, – продолжал начатый диалог барон Клайд.
– Насколько мне известно, ваша компаньонка общалась с их призраками…
– И все впустую. Мы не узнали ничего нового."
"– Возможно, Готели просто не успели это выяснить, – глухо ответила женщина. Полы ее длинного плаща шелестели по соломе, покрывающей пол. – Что скрывать, соображали они не очень хорошо. Все члены тайного круга знали об их слабых умственных способностях. Говорят, их дочь Селина примкнула к вашему небольшому отряду?
– Юная Готель действительно сопровождает меня и Корделию в наших поисках.
– Вся в мать, – усмехнулась собеседница Клайда. – Однако я даже не знаю, чем могу вам помочь, барон.
– Мы нашли мальчишку. Макс Беркут, последний в своем роде. Также мы обнаружили часть информации в книге Готелей, но не все.