— Не надо, Тишенька, что ты, не надо! Мы сами доберемся!
— Ну да, — желчь все же разлилась. — Там же на трассе в начале города знак висит, поди. Тихону Тихому въезд в Коломну запрещен.
— Ну что ты такое говоришь, Тиша!
— Во сколько вы приезжаете? — насильно давя раздражение. Нарочито спокойно.
— Ну, все купили?
— Все! — радостно кивнула Лиза, прижимая коробку с планшетом к груди. Еще несколько пакетов заброшены в багажник «Эскалады». Шоппинг определенно состоялся.
— Спасибо, сынок, — Серафима Андреевна погладила сына по руке.
Тихон лишь моргнул пару раз — только это выдало раздражение.
— Надеюсь, он не выкинет покупки в этот раз. Все-таки нужные вещи. Для школы.
— Не выкинет, — спокойно и твердо произнесла невысокая пухленькая женщина. — И ты не прав, если так думаешь.
— Я всегда неправ, — скривил губы Тихон. Стоящая рядом пятнадцатилетняя Лиза совсем по-детски засопела. Она любила старшего брата.
— Тиша, не надо к тебе! — всполошилась Серафима Андреевна. — Да зачем? У тебя там все солидно, дорого, а тут — мы. И вообще, у нас с Лизой яблочки с собой есть. И морс. И…
— Тишаааа… — Лиза повисла на руке старшего брата, сразу заметив, как он изменился в лице на словах матери. — А своди меня в «Макдоналдс», а? Ну пожалуйстааа…
Он помолчал. Выдохнул. Машинально погладил Лизу по голове.
— Ладно. «Макдоналдс» — так «Макдоналдс», — взял младшую за руку. — Пошли, Лизун. Главное, чтобы меня там никто из знакомых не видел. А то потом смеха не оберешься.
— Как дела у Нины и Антона? — Тихон рассеянно болтает пакетиком чая в чашке — больше чтобы занять руки.
— Хорошо. Работают оба.
— Новостей… нет?
— Нет. Но мы верим и надеемся.
— Мое предложение в силе, — ровно произносит сын.
— Не надо, — твердо отвечает мать. — И потом, это твои деньги. Ты их сам заработал.
— Угу, — тихо и словно себе. — Мои деньги. Мои грязные деньги.
Только вернувшаяся из туалета Лиза спасает Тихона Тихого от материнской отповеди.
— У Софии как дела? — именно так. Софии. Не Софьи, не Сони — Софии. София Тихая — барышня серьезная и строгая.
— София портрет твой рисует, — отвечает за мать Лиза. — То есть, — спешит исправиться. — Пишет. Пишет твой портрет. По фотографии.
— А… — Тихон не на шутку изумлен.