У нас в жизни было много первых этапов, но сейчас я уверена, что мы подобрались к финальному, и оба остановимся здесь. Где он — любимый мужчина и отец, а я та, кто сквозь годы скитаний, наконец, обрела себя, чтобы принадлежать ему до последнего вздоха. То, что Джейден после всего, что ему довелось пережить, сейчас находится рядом, означает, что он насовсем сдается мне.
Как только бюстгальтер падает на пол, Джейден уничтожает последние дюймы, разделяющие нас: к коже ягодиц прижимается его эрекция, скрытая брюками, ладони ложатся мне на грудь и сжимают.
— Стены здесь звуконепроницаемые. И я запер дверь.
Я закрываю глаза, принимая поцелуй на ключице, и улыбаюсь: Джейден начинает думать, как отец.
— Думаю, Сэм уже спит, — мой голос сбивается, потому что в этот момент Джейден рывком разворачивает меня к себе. Наши рты врезаются друг в друга на середине: каждый из нас честно миновал свой отрезок.
— Люблю тебя, — слова, которые мне было сложно произнести когда-то, сейчас вылетают сами, и не желают смолкать. — Я так люблю тебя… Вся моя любовь всегда была только для тебя.
Я стаскиваю с него рубашку, рукава застревают у Джейдена на запястьях, он буквально их вырывает. Теперь, когда одежды на нем стало меньше, любимого запаха становится больше, и я могу чувствовать жар его кожи.
Его живот гладкий, горячий и твердый, даже наощупь Джейден очень красив. Теперь я смогу прикасаться к нему каждый день, и от этой мысли хочется одновременно улыбаться и плакать.
Мы пятимся назад, и едва мои бедра успевают задеть подоконник, Джейден сажает меня на него. Наши пальцы сталкиваются на пряжке его ремня, он расстегивает его, а я тяну вниз молнию брюк. Его брюки оказываются на полу, через секунду туда же приземляется мое белье, между ног ощущается упругое давление члена.
— Люблю тебя, Таша, — хрипло произносит Джейден, прежде чем погрузиться в меня.