Словно не было лет, разделяющих нас, нет этой больничной койки, а мы лежим на траве возле нашего озера, где мой лучший друг делится со мной своими приключениями. Я готова слушать его вечно.
— Тебе понравилась Исландия?
— Я мало где бывал, поэтому у нее не было шансов мне не понравиться.
Я удовлетворенно отмечаю, что несмотря на то, что Джейден считается одним из самых успешных людей Лос-Анджелеса, претенциозность и желание казаться лучше, чем он есть, его не коснулись.
— Тебя посещали мысли там остаться?
— Вовсе нет.
— С кем ты ездил? — вырывается из меня до того, как я смогла обдумать этот вопрос.
— Я был там один.
Раздается неприятное поскрипывание двери, разбивающее наше уединение, и на пороге появляется мама. Ковер из травы исчезает вместе с дуновением ветра и чувством умиротворения, и я возвращаюсь в больничные стены.
— Здравствуй, Таша, — мама бросает быстрый взгляд на сидящего Джейдена и, не удостоив его приветствием, царственной походкой идет к моей кровати.
— Я в порядке. Мама, ты помнишь Джейдена?
— Я помню его, — сухо замечает мама, глядя поверх его головы. — У меня не слишком много времени, и я бы хотела провести его наедине с дочерью.
Последние слова она явно адресует Джейдену и слегка задирает бровь вверх, демонстрируя ожидание.
— Нет. Джейден останется."
"Мама поджимает губы, упаковывая свое молчаливое негодование, ее взгляд соскальзывает с моего лица и спускается ниже. Я прослеживаю его направление до тех пор, пока не натыкаюсь на собственные пальцы, сжимающие запястье Джейдена. Очевидно, мое тело тоже не смогло сдержать протест, и разумеется, для него он тоже не остался незамеченным.
— Вчера звонил твой муж, — мама отводит взгляд от замка наших рук и вновь смотрит мне в глаза. — Он очень скучает по тебе и по Сэму, и просил передать, что заедет к тебе как только вернется.
Я знаю, для чего мама упоминает Айзека в присутствии Джейдена, но сейчас эта причина не является достаточным оправданием тому, почему она так упрямо игнорирует правду, озвученную мной накануне.