Наверняка, прежде чем заняться сексом, они перемоют косточки и Кириллу, и Пыжику. И ничего удивительного. Кирилл казался смешным даже самому себе.
Прошло еще полчаса…
– А-а!.. – послышалось из комнаты Насти.
Она явно нуждалась в их помощи… Что, если это Гвоздь? Сейчас он уже в ранге привидения. И ему ничего не стоило забраться к ней в комнату. Но ведь ему нужна была Людка… Впрочем, не было времени думать, что да как.
Кирилла как ветром снесло с места. Но Пыжик его обогнал. И первым ворвался в ее комнату."
"Это в самом деле был Гвоздь.
Настя сидела на полу в самом углу комнаты. С разбитой губы стекала капля крови. Она была в одних трусиках. Разорванное платье валялось на полу посреди комнаты.
– Ну ты и падаль! – вне себя крикнул Пыжик.
Он схватил Вакулу за плечо, с силой развернул к себе и с размаху заехал кулаком в морду.
Кирилл совсем не прочь был добавить. Но Пыжик отправил Вакулу в отключку с первого удара.
В комнату влетела Людка.
– Что здесь происходит? – завопила она.
– Я и сам бы хотел это знать, – сказал Пыжик.
Он поднял с полу разорванное платье и подал его Насте. Кирилл снял со спинки стула халат и протянул ей.
– Настя, что случилось? – спросила Людка. – Этот гад что, трахнуть тебя хотел?
– Хотел, – закрываясь и платьем, и халатом, кивнула она.
В этот момент она казалась не только красивой, но и совершенно беззащитной.
– Сейчас разберемся!
Пыжик поволок Вакулу на выход. Кирилл взялся ему помочь.
Вакулу затащили на кухню. Кирилл плеснул на него водой из холодильника. Подлец тут же пришел в себя.
– Ну, мурло, кайся! – сжигал его взглядом Пыжик.
– Я… Я сам не понял… Так получилось…
– Ну ты и гнида! Мы с тобой как с человеком.
И снова Вакулу пришлось выводить из отключки.
Пыжик взялся за пистолет. Ствол ткнулся Вакуле под подбородок.
– Я в последний раз спрашиваю, зачем?..
За него ответила сама Настя:
– Потому что он подонок…
Она стояла в холле. Под ногами вещевая сумка. Она что, собирается уходить от них?
– Вы замечательные парни, – сказала она, – а Вакула ваш просто не той породы.
– Ой, только не надо строить из себя святошу! – брызнул ядовитой слюной Вакула.