Неужели Ежова не понимает, с каким бабником связалась? Пока она по телефону болтает, он почему-то вяжется к её соседке по квартире!
— Что тебе жаль? — не поняла я.
— Что не приставала, — ответил Мир.
— А между прочим, да, — подняла я брови вверх, делая вид, что не понимаю, о чём он говорит. — И ты фильм спокойно смотрел. А теперь дай мне в ответ спокойно послушать музыку.
Только хотела вставить второй наушник в ухо, как у меня опять вырвали его из руки. На миг наши руки соприкоснулись, и меня словно пробило током.
— Ну-ка, что ты там слушаешь? — Прислушался парень.
Немедленно выключила музыку.
— Ну куда? Я же слушаю! Включи.
— Отвали, ясно? — грозно сказала ему я. — Ты уже чуть ли не на моей кровати сидишь — это раз, и наушники — интимная вещь, это два!"
"Ланской в самом деле уже почти сполз с кровати Тани, придвигаясь всё ближе к моей.
— Интимная? — вздёрнул он бровь. — Ты многое знаешь об интимном?
— Слушай, ну попросила же. Отстань и отдай.
Потянула обратно к себе свой левый наушник, но Ланской не собирался его отпускать из своих цепких лап.
— Да отдай!
— Будешь тянуть — порвешь, — нагло заявил он, сжимая в сильной руке мой несчастный маленький наушник с проводом.
— Да чё тебе надо? — начала злиться я. — Отдай, блин!
— Диан, а у тебя покрывало такое зелёное. Прям очень зелёное. Твой любимый цвет? — резко сменил он тему.
Ланской вообще в себе, интересно? Так внезапно сменил тему диалога и начал задавать столь странные вопросы. Вряд ли в себе...
— У меня покрывало зелёное, Ланской, потому что у тебя футболка белая, ясно? — насупилась я.
— Представляешь, что сидишь на лугу, да?
Он прямо мастер задавать дурацкие вопросы.
— Представляю, да.
— Что-что? Плохо слышно. Бубнишь вечно, как тебя только на актёрский факультет взяли? Мастурбируешь на этом покрывале? Это уже интересно. Надо было сразу с этого начинать.
Не знаю, что на меня нашло, но я со всей дури треснула его ладонью по груди. Удар был такой силы, что кожу ладони начало саднить. Заодно наушник отняла обратно.