Когда Рэнди впервые пришла к нему в гости, хозяин проверил ее по полной программе, потребовав предъявить документы, хотя прекрасно видел ее через камеры наблюдения. Зато потом, отперев внутреннюю решетчатую дверь, он обнял гостью и тут же стеснительно отступил, чтобы пригласить ее в дом, где все окна забраны стальными решетками и закрыты плотными занавесями. «Понимаешь, ко мне гости не ходят, — объяснял он фальцетом, неторопливо и осторожно подбирая слова. — Я их не люблю. Хочешь кофе с печеньем?» Глаза его блеснули на миг, но Марти тут же отвел взгляд.
Он предложил Рэнди растворимый кофе без кофеина, лично вручил печенье в белой глазури и провел в вычислительный зал, почти целиком занятый мейнфреймом «Крэй» и подсоединенной к нему периферией всех видов. Скудная меблировка выглядела так, словно ее притащили со свалки, хотя Рэнди знала, что состояние Марти исчисляется многими миллионами. Джон рассказал ей, что Марти еще в пятилетнем возрасте брал высший балл во всех тестах на интеллект. Сейчас у него было две докторские степени — одна, само собой, по квантовой физике и математике, а вторая, как ни странно, по литературе.
"Марти принялся увлеченно расписывать новый компьютерный вирус, нанесший по всему миру ущерб в шесть миллиардов долларов. «Этот получился особенно пакостный, — объяснял он, честно глядя Рэнди в глаза. — Саморазмножающийся — у нас такие зовут червями, — он рассылал себя по е-мейлу десяткам миллионов пользователей, забивал электронную почту во всех странах. Но парень, который его запустил, оставил в теле вируса свою подпись.
Вспоминая, Рэнди еще раз рассеянно чмокнула Марти в щеку, в другую и нежно погладила ее, надеясь, что больной очнется.
— Поправляйся, Марти, милый, — шепнула она. — Из всех моих знакомых с тобой веселее всего есть печенье. — Она сморгнула набежавшую слезу. — Питер, береги его.
— Буду.
Рэнди шагнула к двери.