— Он надиктовал то немногое, что услышал об Абу Ауде, и повесил трубку. — Хочешь узнать, что мы выяснили насчет взрыва в Пастеровском?
— Что-то новое? Черт, Аарон, так что же ты молчишь?! Айзеке хмуро ухмыльнулся:
— Нам позвонил агент Моссада в Париже — возможно, он наткнулся на золотую жилу. В Пастеровском работал один исследователь, филиппинец. Оказалось, что его двоюродный брат пытался подложить бомбу ни больше ни меньше, как в штаб-квартиру Моссада в Тель-Авиве. Парень родом с Минданао, где окопалась банда Абу-Сайяфа из Исламского фронта освобождения моро[11] — а этот был в свое время союзником Бен Ладена и «Иман аль-Джавахири».
— Тогда почему Моссад сообщил о его родственничке вам?
— В вечер взрыва ученого не было на месте. Сказался больным. А должен был прийти, как утверждает его начальник — кстати, тяжело раненный при взрыве. Они там проводили какой-то важный опыт.
— Где же располагалась лаборатория, если начальник так пострадал?
— Прямо под лабораторией Шамбора.
— Моссад считает филиппинца подсадной уткой?
— Улик против него не нашлось, но я все же передал сведения в Лэнгли, и аналитики считают, что да, это след. Служба безопасности в Пастеровском не из самых лучших, но вряд ли она позволила бы беспрепятственно затащить на территорию такую бомбу совершенно посторонним людям. Особенно учитывая, что, похоже, похитили не только сопротивлявшегося Шамбора, но и прототип его машины вместе со всем оборудованием.
— Так что с этим филиппинцем-симулянтом?
— Ну, с первого взгляда все в порядке. Он обратился к врачу по поводу болей в груди, тот посоветовал ему посидеть дома пару дней... Хотя и боли в груди вместе с замечательной аритмией легко вызываются парой таблеток.
— С легкостью, — согласилась Рэнди. — Так где этот парень сейчас? И как его зовут, кстати?
— Доктор Акбар Сулейман. Как я уже говорил, живет он в Париже, недавно получил докторскую.
Рэнди спрятала листок бумаги в карман.
— Передай в Лэнгли, что я вместе с Джоном Смитом и Питером Хауэллом продолжаю следовать за Мавританией и ДНК-компьютером. И мне нужно безоговорочное право распоряжаться всеми агентами, которые у нас есть в регионе.
Айзеке кивнул:
— Хорошо...