Смит сообщил ей, что он готов вытащить обоих Шамборов, и дал сигнал на запуск. Даже если он и профессор не уничтожили аппарат, тот должен был сгореть вместе с виллой.
— Согласен. Должен был. Это логичный вывод. А теперь марш в соседнюю комнату, Фред, — сейчас прибежит Чак.
Чарльз Орей ворвался в президентский кабинет в ту же секунду, как за Фредом Клейном затворилась дверь.
— Наши не сдаются, но в НАСА утверждают, что тот, кто перепрограммировал спутники, перекрыл все пути. До одного. Мы не можем послать команду.
— Лучше расскажи.
— Мы уже думали, будто северокорейцы запустили в нашу сторону ракеты; хорошо, наш агент на земле передал, что это густой туман размазывал тепловой след горящего рядом с ядерной шахтой грузовика. Мы потеряли агента в Южном Бейруте, Джеффа Муссада, — у него отказал курсограф. Полагаем, что он мертв. Одна из наших подводных лодок в Тихом океане едва не протаранила авианосец. Даже «Эшелон» опять рухнул.
Перехват международных звонков по программе «Эшелон» осуществлялся не только прямым подключением к подводным трансокеанским кабелям, но и через спутники.
Президент едва не забыл, что надо дышать.
— Собери обратно всех начальников штабов. Они, наверное, еще за порог не вышли. Если вышли — найди для начала адмирала Броуза и передай, пусть все готовятся к худшему — к немедленной атаке на Соединенные Штаты. Это может быть что угодно — от бактериологического оружия до ядерной бомбы. Поставьте на уши все системы обороны, включая официально несуществующие.
— Экспериментальная противоракетная установка, сэр? Но наши союзники...
— Я с ними переговорю. Все равно надо их предупредить — пусть поднимают своих. В любом случае мы им поставляли массу информации с наших спутников — черт, многие и машинное время покупали. Их системы уже зафиксировали спад потока данных. Если я их не обзвоню, они сами оборвут телефон. Спишу пока на лучшего в мире сумасшедшего хакера — ненадолго, но поверят. А мы покуда переходим в боевую готовность.