Для своих пятидесяти с лишком бритоголовый, загорелый Шуленберг был необыкновенно энергичен и мог похвастаться серьгой с бриллиантом в одном ухе и широченными плечами — накачанными за долгие годы хождения на костылях.
— Я не слышал даже, как ты открыл дверь. — Смит осекся, заметив, как непривычно мрачен Ларри. — В Пастеровском? — переспросил он. — А что? Что-то серьезное?
Лаборатории Пастеровского института, наравне с ЦКИЗ и ВМИИЗ США, были одними из лучших в мире.
— Взрыв, — мрачно ответил Ларри. — Мощный. Есть жертвы.
Он выдернул листок из груды распечаток, которую придерживал на коленях.
Джон едва не вырвал заметку у него из рук.
— Господи боже! Как? Несчастный случай?
— Французская полиция другого мнения. Возможно, и бомба. Уже проверяют уволенных работников. — Ларри развернул кресло. — Я решил, тебе будет любопытно, — бросил он через плечо. — Мне сообщил «мылом» Джим Трейн из Портон-Даун, так что я скачал всю статью. Посмотрю, кто уже на месте. Всем будет интересно.
— Спасибо.
Смит прочел заметку прежде, чем дверь успела затвориться.
Уничтожена лаборатория Пастеровского института
Париж. Вчера в 22:52 мощный взрыв разрушил трехэтажное здание лаборатории Пастеровского института. Погибло по меньшей мере 12 человек, еще четверо находятся в критическом состоянии. Поиски жертв продолжаются.
Следователи пожарной охраны утверждают, что причиной взрыва послужил теракт, однако до сих пор ни одна группировка не взяла на себя ответственность.
Среди выживших опознан доктор Мартин Зеллербах, американский программист, получивший черепно-мозговую травму..."
"Сердце екнуло в груди, «...доктор Мартин Зеллербах, американский программист, получивший черепно-мозговую травму...»
Марти?!
Джон машинально смял распечатку. Перед глазами всплывало лицо старого друга — кривая улыбка, пронзительные зеленые глаза, готовые то засверкать, то вдруг оловянно погаснуть, когда мысли их владельца уносились без предупреждения в горние сферы.