если только террористы не мечтают поставить Америку на свою сторону. Пусть напуганные американцы надавят на Испанию. Но если так — должны потоком пойти требования, заявления. А вместо них — тишина.
Не переставая вертеть эту мысль в голове, Джон включил мобильник, надеясь услышать в трубке сигнал, и молитвы его были услышаны. Он торопливо набрал тайный номер Фреда Клейна.
— Клейн слушает.
— Системы связи заработали?
— Да. Ну и бардак. Просто позорище.
— Что он сделал? — полюбопытствовал Джон.
— После того как вырубил электроснабжение западных штатов? Наш хакер-призрак прорубился сквозь коды доступа к нашим спутникам связи и, прежде чем наши ребята успели опомниться, взял под контроль всю систему — а это десятки спутников.
Джон тихонько выругался.
— Господи, да чего он хочет?
— По нашим оценкам, он пока играет. Силенки пробует. Западные электросети через полчаса включились снова. Связь тоже. Ровно тридцать минут, как по таймеру.
— Возможно, так и есть. А это значит, что ты прав. Это проба сил. А еще — предупреждение. Чтобы мы заранее понервничали.
— В таком случае он добился своего. Сейчас заявить, что наши технологии устарели, — значит получить премию за «недомолвку столетия».
— Не его одного. Это не работа хакера-одиночки. Вспомни о взрыве в Пастеровском и похищении Терезы Шамбор. И никаких требований, заявлений?
— Никаких.
Джон заглянул в свой бокал. Пиво было хорошее, и до разговора с Клейном агент им от души наслаждался. Сейчас он оттолкнул бокал.
— А может, они ничего от нас не хотят, — мрачно предположил он. — Может, они хотят что-то сделать,а не уговорить нас на что-то.
Клейн примолк, и агенту явственно представилось, как его босс слепо глядит в пустоту, завороженный видением апокалипсиса.
— Об этом я тоже думал. Внезапная лобовая атака, как только они разберутся с прототипом и изгонят из программ всех жучков. Это мой кошмар.
— Что говорит на эту тему Пентагон?
— Военные переваривают реальность только в гомеопатических дозах. Но это уже моя работа. Что у тебя?
— Две новости.