Выходило криво, и неприглядно, ну не мастер он был в этих делах. Когда закончил своё художество, Громов торжественно закрепил на голове девушки зажим для штор, надёжно соединяя магниты."
"— Готово… — прозвучал голос за её спиной.
Наталья повернулась к мужчине, от души намереваясь отблагодарить за помощь. Так и в самом деле несказанно лучше. Пусть пара прядок и выбивалась из причёски, но ничего не мешало ей продолжить готовить их завтрак. Михаил постарался сохранить невозмутимый вид, глядя на взъерошенную гостью, увенчанную нелеповатой «заколкой».
— Спасибо, вы меня просто спасли, — улыбнулась девушка.
— Пожалуйста, Наталья, — ответил Громов, и привычно потёр свой подбородок.
Стоило побриться, не ожидал он внезапных гостей. От его действий майка перетянулась, и стал виден край шнурка на шее. Глаза гостьи расширились, при виде оскалившейся волчьей морды, на небольшом серебряном медальоне. Совсем странный мужик…
— А вы сами из Ривии будете? — ломким голосом поинтересовалась девушка, продолжая рассматривать украшение.
Сделано-то как замечательно! Наталья такого ни разу не встречала. Видимо выполнен на заказ. Сколько восторженных ночей она провела с фонариком под одеялом, перечитывая все похождения великолепного Геральта, и тут у какого-то дядьки был знаменитый ведьмачий медальон… Наталья продолжала вожделеть проклятое украшение, но Михаил проследил за взглядом гостьи и обтянул майку, пряча своё сокровище.
— Никогда там не был, — бросил ей мужчина.
— Откуда он у вас? — девушка сама не понимая что творила, протянула руку, словно и правда намеревалась прикоснуться к украшению, но её пальцы лишь скользнули по его тёплой коже.
Громов замер, она тоже, затем отдёрнула руку и моментом отвернулась от него, со всей силы зажмуриваясь. Наталья тут же схватилась за нож, принялась усердно крошить овощи, и делать вид, что совершенно спокойна. Михаил вздохнул за её спиной, обдавая шею гостьи своим тёплым дыханием. Прекрасно замечая её смущение, он заставил себя говорить как можно мягче:
— Это подарок сына, — пояснил он.
— Во-о-от как, — она немного расслабилась, видя что он не сердился, — ваш мальчик увлекается книгами Сапковского?
— Мой… мальчик многим увлекается.
Громов задумчиво сложил руки на груди, глядя в окно. Снова в памяти возник тот давний день, когда спешил на важную встречу. Помнится, тогда у него были основания не доверять своему деловому партнёру. Доказательств на тот момент не было, и это нервировало порядком.