— Я просто должна сказать, что это совершенно безответственно.
Наталья важно приподняла подбородок, глядя на мужчину, но Михаил, не ожидая этого, склонился ниже, намереваясь ответить ей.
— Совершенно безответственно… — проговорил он, согревая её лицо своим дыханием.
От растерянности, девушке пришлось ухватиться руками за его шею, поскольку ноги вдруг отказались её держать. На какое-то мгновение их губы соприкоснулись. Наталья замерла, ощущая, что вспыхнула как спичка, хоть мимолётный поцелуй и был прохладным от мороза.
— Наталья, — окликнул её Громов.
— А? — пролепетала девушка, глядя на него с таким восторгом, что Михаил даже смутился.
— Нам лучше ехать. Скоро дорогу так заметёт, что это станет невозможно. Ты же не хочешь провести эту ночь в холодной машине на улице?
— Совсем не хочу… — вздохнула Наталья.
— Тогда едем? — проклятье, он не мог оторвать взгляд от её губ."
"Одно мгновение, только одно, но Громов должен был себе признаться, что желал повторить его. Вот только понимала ли это стоящая перед ним девочка, он не был уверен.
— Грейся… — Михаил мягко подтолкнул её к открытой дверце.
Ему пришлось самому подвести гостью и даже усадить на сиденье, лишь затем обойти машину и сесть на водительское место. Он вывел машину с парковки, пытаясь без происшествий довезти их до дома.
Неужели это всё из-за поцелуя? Или она умудрилась сказать что-то глупое и обидное? Девушка притихла и позволила Громову вести в тишине. Видимость становилась всё хуже, и дворники едва справлялись с обрушивающимся на стекло снегом. Она принялась смотреть в окно, выводя на нём пальцем бессмысленные каракули, когда машина вдруг натолкнулась на некую преграду, и Наталья буквально подпрыгнула на месте.
— Чёрт… — он резко затормозил, судорожно сжимая руль.
— Ми… Михаил?
Девушка испугано посмотрела на своего спутника, замечая, что его лоб покрылся испариной. Громов быстро отвернулся к боковому стеклу, не давая ей рассмотреть своё лицо. Затем только глубоко вздохнул и вновь завёл двигатель.
— Едем.