Перекрестье. Исконный Шамбалы

Пребывая в таком состоянии, он еле дождался четырёх часов, которые, по его собственным меркам, означали конец рабочего дня директора фирмы «Кассандра». Ругая про себя последними словами Макса, он стал собираться домой, нагрубив напоследок ни за что ни про что девушке-секретарю. Андрей и сам не понял, отчего у него сегодня такое паршивое настроение. В голове была «каша» из пустяковых обид, которая выплёскивалась через край, словно в сказке о волшебном горшочке. Сознание застилала злость, недовольство жизнью и нехваткой денег на всё возрастающие потребности.

Он сел в свою «Ауди» и поехал домой.

Прибыв на место, поставил машину в гараж. Нервно захлопнул железную дверь гаража и, проклиная в мыслях всё на свете, пошёл в сторону дома. Но не успел Андрей выйти из переулка гаражей, как почувствовал, что сзади тихо подъезжает какая-то машина. Обернуться директор не успел. Удар по голове резко остановил потоки бушующих мыслей, сменив цветную картинку сознания на полную темноту."

"Очнулся Андрей в неудобном положении.

Он лежал связанным по рукам и ногам, с кляпом во рту. На голове у него был какой-то вонючий грязный мешок, пропитанный запахом гнилых овощей. Сверху чувствовался тяжёлый груз. Ничего не понимая, Андрей попытался пошевелиться. Но тут же «груз» ожил, отвесив ему с разных сторон несколько пинков и ударов. Здесь до директора дошло, что лежит он на дне салона движущейся машины, а сверху на нём находятся три пары чьих-то ног. В один миг им овладела настоящая паника. «Кто? За что? Что я такого сделал?» — мелькали одна за другой трусливые мыслишки. Неизвестность порождала в нём ужас и огромный животный страх за свою жизнь. Ещё несколько минут назад от пустяковой накопившейся злости он проклинал свою жизнь, а сейчас просто трясся от одной мысли её потерять. Вот коварная злодейка Судьба как подшучивает, плутовка, над такими своими «респектабельными» подданными!

От накопившегося отчаяния Андрей, задыхаясь в невыносимой вони сжатого пространства, стал усиленно барахтаться, как мелкий грызун, пытающийся выкарабкаться из захлопнувшейся мышеловки.

Но его строптивую спесь быстро поубавили три пары ног и рук, оглушив его со всех сторон сокрушительными побоями. Причём, закончив поучительную процедуру, кто-то угрожающе-зловеще прикрикнул:

— Будешь рыпаться, прирежем, как свинью!

Не столько от побоев, сколько от внушающей ужас фразы, потрясающе подействовавшей на его слабую психику, Андрей вяло сник. Слёзы покатились градом, смешиваясь с соплями.