Вы что, творите здесь беспредел втихую и думаете, что сверху этого не видно?
— А вы чьих будете? — спросил «боец», склонив голову небрежно набок, не переставая жевать жвачку.
Сэнсэй демонстративно проигнорировал вопрос и продолжил свою речь:
— Вы себе не представляете, в каком вонючем болоте уже погрязли по уши. Тем более, это ни по вашим понятиям, ни по нашим никуда не годится. А сейчас вы ещё нажили себе дополнительный геморрой: сунулись в чужую жизнь, а испортили её себе…
— Да кто ты такой, барыга, чтобы нам предъяву подписывать?! — сплюнув, процедил сквозь зубы возглавлявший сопредельную сторону.
Певец, до сих пор хранивший молчание, цинично произнёс:
— Ты тише рот открывай, а то своим соло весь хор перепоганишь.
При этих словах он слегка отвернул свой пиджак, показывая, что за поясом у него находится пистолет. Его движение вызвало наигранные ухмылки братвы.
— Ты кого на понт берёшь, баклан? Ты чё?! Ты думаешь, мы твоего ствола испугались?! — и тут же, не оборачиваясь, «боец» поднял руку.
Певец, до сих пор спокойно наблюдавший за происходящим, изобразил на лице ослепительную голливудскую улыбку и пару раз провёл рукой по своей голове, приглаживая волосы. После такого, казалось бы абсолютно естественного жеста, как по команде послышался рёв моторов.
Победоносные ухмылки торжествующей было троицы мгновенно пропали. Теперь они уже растерянно оглядывались по сторонам, будто загнанные в угол зверьки.